Наталья Юрьевна Зимина
Книги автора: Наталья Юрьевна Зимина
Марина Куликова вернулась в родные Солодки с разводом, котом и кредитом. Из этого набора расцвело только одно — пекарня «Сдоба». А кот Дрожжик, трёхцветный нахал с лапой в тесте, стал её главным помощником.
Но однажды утром за прилавком Марина находи…
Марина Куликова вернулась в родные Солодки с разводом, котом и кредитом. Из этого набора расцвело только одно — пекарня «Сдоба». А кот Дрожжик, трёхцветный нахал с лапой в тесте, стал её главным помощником.
Но однажды утром за прилавком Марина находи…
Марина Куликова вернулась в родные Солодки с разводом, котом и кредитом. Из этого набора расцвело только одно — пекарня «Сдоба». А кот Дрожжик, трёхцветный нахал с лапой в тесте, стал её главным помощником.
Но однажды утром за прилавком Марина находи…
Марина Куликова вернулась в родные Солодки с разводом, котом и кредитом. Из этого набора расцвело только одно — пекарня «Сдоба». А кот Дрожжик, трёхцветный нахал с лапой в тесте, стал её главным помощником.
Но однажды утром за прилавком Марина находи…
Раз в сто лет Велиград платит Тьме Долг света — одну невесту Князю Пепла. В этом году жребий выпал младшей сестре Мирры Вельской. Клятвоведка, которая зарабатывает разрывом чужих контрактов, подменяет сестру в ночь обряда и произносит формулу аннулир…
Раз в сто лет Велиград платит Тьме Долг света — одну невесту Князю Пепла. В этом году жребий выпал младшей сестре Мирры Вельской. Клятвоведка, которая зарабатывает разрывом чужих контрактов, подменяет сестру в ночь обряда и произносит формулу аннулир…
Мирра Вельская — королева. Печать в ней молчит, город живёт, Кассиан рядом. Но тишина — не мир. Колокол в саду звонит не для неё — для найдёныша с метой Пепла. Если семисотлетний цикл не разорвать, этот ребёнок станет девятой невестой — как все Вельс…
Мирра Вельская — королева. Печать в ней молчит, город живёт, Кассиан рядом. Но тишина — не мир. Колокол в саду звонит не для неё — для найдёныша с метой Пепла. Если семисотлетний цикл не разорвать, этот ребёнок станет девятой невестой — как все Вельс…
Мирра Вельская — королева. Печать в ней молчит, город живёт, Кассиан рядом. Но тишина — не мир. Колокол в саду звонит не для неё — для найдёныша с метой Пепла. Если семисотлетний цикл не разорвать, этот ребёнок станет девятой невестой — как все Вельс…
Мирра Вельская — королева. Печать в ней молчит, город живёт, Кассиан рядом. Но тишина — не мир. Колокол в саду звонит не для неё — для найдёныша с метой Пепла. Если семисотлетний цикл не разорвать, этот ребёнок станет девятой невестой — как все Вельс…
Раз в сто лет Велиград платит Тьме Долг света — одну невесту Князю Пепла. В этом году жребий выпал младшей сестре Мирры Вельской. Клятвоведка, которая зарабатывает разрывом чужих контрактов, подменяет сестру в ночь обряда и произносит формулу аннулир…
Раз в сто лет Велиград платит Тьме Долг света — одну невесту Князю Пепла. В этом году жребий выпал младшей сестре Мирры Вельской. Клятвоведка, которая зарабатывает разрывом чужих контрактов, подменяет сестру в ночь обряда и произносит формулу аннулир…
Вера видит смерть человека в чайной гуще — один кадр, одно последнее мгновение. Она может изменить увиденное, но каждое вмешательство стирает одно её собственное воспоминание. Навсегда.
После смерти бабушки Вера находит дневник — сорок восемь листов,…
Вера видит смерть человека в чайной гуще — один кадр, одно последнее мгновение. Она может изменить увиденное, но каждое вмешательство стирает одно её собственное воспоминание. Навсегда.
После смерти бабушки Вера находит дневник — сорок восемь листов,…
Вера видит смерть человека в чайной гуще — один кадр, одно последнее мгновение. Она может изменить увиденное, но каждое вмешательство стирает одно её собственное воспоминание. Навсегда.
После смерти бабушки Вера находит дневник — сорок восемь листов,…
Вера видит смерть человека в чайной гуще — один кадр, одно последнее мгновение. Она может изменить увиденное, но каждое вмешательство стирает одно её собственное воспоминание. Навсегда.
После смерти бабушки Вера находит дневник — сорок восемь листов,…
Она приехала рисовать портрет. А оказалась в центре войны за многомиллиардное наследство.
Вера Колмогорская — простая художница из Подмосковья. Арсений Шаховской — наследник старинного поместья на берегу Финского залива. Их ничего не связывает, кроме…
Она приехала рисовать портрет. А оказалась в центре войны за многомиллиардное наследство.
Вера Колмогорская — простая художница из Подмосковья. Арсений Шаховской — наследник старинного поместья на берегу Финского залива. Их ничего не связывает, кроме…
Она приехала рисовать портрет. А оказалась в центре войны за многомиллиардное наследство.
Вера Колмогорская — простая художница из Подмосковья. Арсений Шаховской — наследник старинного поместья на берегу Финского залива. Их ничего не связывает, кроме…
Она приехала рисовать портрет. А оказалась в центре войны за многомиллиардное наследство.
Вера Колмогорская — простая художница из Подмосковья. Арсений Шаховской — наследник старинного поместья на берегу Финского залива. Их ничего не связывает, кроме…
Прошёл год с тех пор, как Вера Шаховская нашла свою мать и примирилась с семьёй. Берёзовая Бухта наконец-то зажила спокойной жизнью. Но тишина обманчива.
Андрей Шаховской, сидя в тюрьме, получает письмо, которое переворачивает всё с ног на голову. Ок…
Прошёл год с тех пор, как Вера Шаховская нашла свою мать и примирилась с семьёй. Берёзовая Бухта наконец-то зажила спокойной жизнью. Но тишина обманчива.
Андрей Шаховской, сидя в тюрьме, получает письмо, которое переворачивает всё с ног на голову. Ок…
Марья пришла в Кощеево царство не за богатством и не за любовью — за жизнью сестры. Настасья умирает: лекарь сказал — к Полнолунию. И есть только один, кто может не пустить её за порог.
— Она будет жить, — сказал Кощей. — А ты — останешься.
Так Марья…
Марья пришла в Кощеево царство не за богатством и не за любовью — за жизнью сестры. Настасья умирает: лекарь сказал — к Полнолунию. И есть только один, кто может не пустить её за порог.
— Она будет жить, — сказал Кощей. — А ты — останешься.
Так Марья…
Прошёл год с тех пор, как Вера Шаховская нашла свою мать и примирилась с семьёй. Берёзовая Бухта наконец-то зажила спокойной жизнью. Но тишина обманчива.
Андрей Шаховской, сидя в тюрьме, получает письмо, которое переворачивает всё с ног на голову. Ок…
Прошёл год с тех пор, как Вера Шаховская нашла свою мать и примирилась с семьёй. Берёзовая Бухта наконец-то зажила спокойной жизнью. Но тишина обманчива.
Андрей Шаховской, сидя в тюрьме, получает письмо, которое переворачивает всё с ног на голову. Ок…
Марья пришла в Кощеево царство не за богатством и не за любовью — за жизнью сестры. Настасья умирает: лекарь сказал — к Полнолунию. И есть только один, кто может не пустить её за порог.
— Она будет жить, — сказал Кощей. — А ты — останешься.
Так Марья…
Марья пришла в Кощеево царство не за богатством и не за любовью — за жизнью сестры. Настасья умирает: лекарь сказал — к Полнолунию. И есть только один, кто может не пустить её за порог.
— Она будет жить, — сказал Кощей. — А ты — останешься.
Так Марья…
Роман о том, как врач возвращается к себе — и о дежурстве на двоих, которое дольше не считается.
Он — столичный кардиохирург, потерявший пациентку, жену и веру в себя. Она — врач приёмного отделения в городке, из которого мечтала уехать, — и женщина,…
Роман о том, как врач возвращается к себе — и о дежурстве на двоих, которое дольше не считается.
Он — столичный кардиохирург, потерявший пациентку, жену и веру в себя. Она — врач приёмного отделения в городке, из которого мечтала уехать, — и женщина,…
Роман о том, как врач возвращается к себе — и о дежурстве на двоих, которое дольше не считается.
Он — столичный кардиохирург, потерявший пациентку, жену и веру в себя. Она — врач приёмного отделения в городке, из которого мечтала уехать, — и женщина,…
Роман о том, как врач возвращается к себе — и о дежурстве на двоих, которое дольше не считается.
Он — столичный кардиохирург, потерявший пациентку, жену и веру в себя. Она — врач приёмного отделения в городке, из которого мечтала уехать, — и женщина,…
Санкт-Петербург, 2038 год. Прошло два года с той ночи, когда Алексей Морозов остался в ядре системы — держать «Чистый лист», программу тотального стирания. Он научился шептать людям во сны. Его мать Анна, чью память уничтожили, начала вспоминать — по…
Санкт-Петербург, 2038 год. Прошло два года с той ночи, когда Алексей Морозов остался в ядре системы — держать «Чистый лист», программу тотального стирания. Он научился шептать людям во сны. Его мать Анна, чью память уничтожили, начала вспоминать — по…
В основе произведения лежит стилизованное под уральский фольклор сказание о горном царе Прокопии — могущественном хозяине недр Каменного Пояса, чья гордость и жестокость приводят его к духовной слепоте. За кощунственное самовозвеличивание и бесчелове…
В основе произведения лежит стилизованное под уральский фольклор сказание о горном царе Прокопии — могущественном хозяине недр Каменного Пояса, чья гордость и жестокость приводят его к духовной слепоте. За кощунственное самовозвеличивание и бесчелове…
Война с орденом начинается не с мечей, а со счёта. Аудитор веры Капистран Дальний не считает солдат — он считает души, и в его смете у каждого жителя Велиграда есть цена. Мирра Вельская — королева поневоле: Двор коронует её контрактом, город платит н…
Война с орденом начинается не с мечей, а со счёта. Аудитор веры Капистран Дальний не считает солдат — он считает души, и в его смете у каждого жителя Велиграда есть цена. Мирра Вельская — королева поневоле: Двор коронует её контрактом, город платит н…
Санкт-Петербург, 2038 год. Прошло два года с той ночи, когда Алексей Морозов остался в ядре системы — держать «Чистый лист», программу тотального стирания. Он научился шептать людям во сны. Его мать Анна, чью память уничтожили, начала вспоминать — по…
Санкт-Петербург, 2038 год. Прошло два года с той ночи, когда Алексей Морозов остался в ядре системы — держать «Чистый лист», программу тотального стирания. Он научился шептать людям во сны. Его мать Анна, чью память уничтожили, начала вспоминать — по…





















