Саша Игин
Книги автора: Саша Игин
Апрельское утро Александра Николаевича начинается не с кофе, а с птичьего скандала. Щегол Профессор устраивает концерт в шесть утра, кот Боцман щурится, а сам хозяин пытается отвоевать у весны хотя бы полчаса сна. Но покой нарушает новость поважнее с…
Апрельское утро Александра Николаевича начинается не с кофе, а с птичьего скандала. Щегол Профессор устраивает концерт в шесть утра, кот Боцман щурится, а сам хозяин пытается отвоевать у весны хотя бы полчаса сна. Но покой нарушает новость поважнее с…
Книга начинается с простуды Ильи Ветрова, ведущего следователя: температура под сорок, в Зареченске он один. Но именно его болезнь запускает неожиданный механизм расследования.
В Коптево бабушка Анна Павловна получает тревожный звонок и принимает мгн…
Книга начинается с простуды Ильи Ветрова, ведущего следователя: температура под сорок, в Зареченске он один. Но именно его болезнь запускает неожиданный механизм расследования.
В Коптево бабушка Анна Павловна получает тревожный звонок и принимает мгн…
Это история о корнях, которые прорастают сквозь бетон.
1948 год, глухая сибирская деревня Камзас. Семилетний Иван Зарягин сжимает и не отпускает руку умирающей матери. Он ещё не знает, что этот жест станет его судьбой — хваткой, которая проведёт его …
Это история о корнях, которые прорастают сквозь бетон.
1948 год, глухая сибирская деревня Камзас. Семилетний Иван Зарягин сжимает и не отпускает руку умирающей матери. Он ещё не знает, что этот жест станет его судьбой — хваткой, которая проведёт его …
Это история о корнях, которые прорастают сквозь бетон.
1948 год, глухая сибирская деревня Камзас. Семилетний Иван Зарягин сжимает и не отпускает руку умирающей матери. Он ещё не знает, что этот жест станет его судьбой — хваткой, которая проведёт его …
Это история о корнях, которые прорастают сквозь бетон.
1948 год, глухая сибирская деревня Камзас. Семилетний Иван Зарягин сжимает и не отпускает руку умирающей матери. Он ещё не знает, что этот жест станет его судьбой — хваткой, которая проведёт его …
Апрельское утро Александра Николаевича начинается не с кофе, а с птичьего скандала. Щегол Профессор устраивает концерт в шесть утра, кот Боцман щурится, а сам хозяин пытается отвоевать у весны хотя бы полчаса сна. Но покой нарушает новость поважнее с…
Апрельское утро Александра Николаевича начинается не с кофе, а с птичьего скандала. Щегол Профессор устраивает концерт в шесть утра, кот Боцман щурится, а сам хозяин пытается отвоевать у весны хотя бы полчаса сна. Но покой нарушает новость поважнее с…
Книга начинается с простуды Ильи Ветрова, ведущего следователя: температура под сорок, в Зареченске он один. Но именно его болезнь запускает неожиданный механизм расследования.
В Коптево бабушка Анна Павловна получает тревожный звонок и принимает мгн…
Книга начинается с простуды Ильи Ветрова, ведущего следователя: температура под сорок, в Зареченске он один. Но именно его болезнь запускает неожиданный механизм расследования.
В Коптево бабушка Анна Павловна получает тревожный звонок и принимает мгн…
На теплом охристом или бежевом фоне — стилизованное изображение доски Тогыз кумалак (вид сверху). Каждая лунка — это не просто кружок, а часть казахского орнамента (например, «кос» — бараньи рога, или «тумар» — оберег). Камни разложены по лункам: с о…
На теплом охристом или бежевом фоне — стилизованное изображение доски Тогыз кумалак (вид сверху). Каждая лунка — это не просто кружок, а часть казахского орнамента (например, «кос» — бараньи рога, или «тумар» — оберег). Камни разложены по лункам: с о…
Девятая книга цикла «Коптевский дедуктор» начинается с кошмаров Анны Павловны: скелет из стены усадьбы купца Аристархова приходит к ней по ночам и требует погребения. Но отступать некогда — краеведы передают семье дневники капера Семёна Дежнёва с шиф…
Девятая книга цикла «Коптевский дедуктор» начинается с кошмаров Анны Павловны: скелет из стены усадьбы купца Аристархова приходит к ней по ночам и требует погребения. Но отступать некогда — краеведы передают семье дневники капера Семёна Дежнёва с шиф…
В доме, где лифт работает через раз, а тишина за стеной длится годами, поселяется новый сосед. Он не выходит, не здоровается и захлопывает дверь перед самым носом. Но бывший педагог Александр Николаевич знает: за любой отчуждённостью скрывается живая…
В доме, где лифт работает через раз, а тишина за стеной длится годами, поселяется новый сосед. Он не выходит, не здоровается и захлопывает дверь перед самым носом. Но бывший педагог Александр Николаевич знает: за любой отчуждённостью скрывается живая…
Десятая книга серии «Коптевский дедуктор» снова собирает всю семью на кухне в Коптево. За чаем с ватрушками и под чутким наблюдением котов Шерлока и Ватсона бабушка Анна Павловна открывает золотистую папку. На этот раз ей предстоит заглянуть на сто л…
Десятая книга серии «Коптевский дедуктор» снова собирает всю семью на кухне в Коптево. За чаем с ватрушками и под чутким наблюдением котов Шерлока и Ватсона бабушка Анна Павловна открывает золотистую папку. На этот раз ей предстоит заглянуть на сто л…
Девятая книга цикла «Коптевский дедуктор» начинается с кошмаров Анны Павловны: скелет из стены усадьбы купца Аристархова приходит к ней по ночам и требует погребения. Но отступать некогда — краеведы передают семье дневники капера Семёна Дежнёва с шиф…
Девятая книга цикла «Коптевский дедуктор» начинается с кошмаров Анны Павловны: скелет из стены усадьбы купца Аристархова приходит к ней по ночам и требует погребения. Но отступать некогда — краеведы передают семье дневники капера Семёна Дежнёва с шиф…
В доме, где лифт работает через раз, а тишина за стеной длится годами, поселяется новый сосед. Он не выходит, не здоровается и захлопывает дверь перед самым носом. Но бывший педагог Александр Николаевич знает: за любой отчуждённостью скрывается живая…
В доме, где лифт работает через раз, а тишина за стеной длится годами, поселяется новый сосед. Он не выходит, не здоровается и захлопывает дверь перед самым носом. Но бывший педагог Александр Николаевич знает: за любой отчуждённостью скрывается живая…
Десятая книга серии «Коптевский дедуктор» снова собирает всю семью на кухне в Коптево. За чаем с ватрушками и под чутким наблюдением котов Шерлока и Ватсона бабушка Анна Павловна открывает золотистую папку. На этот раз ей предстоит заглянуть на сто л…
Десятая книга серии «Коптевский дедуктор» снова собирает всю семью на кухне в Коптево. За чаем с ватрушками и под чутким наблюдением котов Шерлока и Ватсона бабушка Анна Павловна открывает золотистую папку. На этот раз ей предстоит заглянуть на сто л…
Москва, 1994 год. Плотность одиночества превышает критическую. Шестнадцатилетний Гулливер Луццато перестаёт отличать поцелуй от насилия. Появление четвёртого тела в семейной системе «трёх тел» — учительницы с 41-м размером ноги — искривляет пространс…
Москва, 1994 год. Плотность одиночества превышает критическую. Шестнадцатилетний Гулливер Луццато перестаёт отличать поцелуй от насилия. Появление четвёртого тела в семейной системе «трёх тел» — учительницы с 41-м размером ноги — искривляет пространс…
Петербург, 1885 год. Профессор Орест Светловидов, гениальный венеролог, лечит «людей лунного света» — тех, кого государство карает каторгой за врожденную природу. Спасая пациентов — офицеров, инженеров, музыкантов, — он доказывает: перед нами не разв…
Петербург, 1885 год. Профессор Орест Светловидов, гениальный венеролог, лечит «людей лунного света» — тех, кого государство карает каторгой за врожденную природу. Спасая пациентов — офицеров, инженеров, музыкантов, — он доказывает: перед нами не разв…
Тогыз кумалак — это не просто настольная игра кочевников, а древнейшая логическая система, которую ЮНЕСКО признало шедевром нематериального наследия человечества. Но что, если за перемещением шариков по девяти лункам скрывается не просто досуг, а цел…
Тогыз кумалак — это не просто настольная игра кочевников, а древнейшая логическая система, которую ЮНЕСКО признало шедевром нематериального наследия человечества. Но что, если за перемещением шариков по девяти лункам скрывается не просто досуг, а цел…
Тогыз кумалак — это не просто настольная игра кочевников, а древнейшая логическая система, которую ЮНЕСКО признало шедевром нематериального наследия человечества. Но что, если за перемещением шариков по девяти лункам скрывается не просто досуг, а цел…
Тогыз кумалак — это не просто настольная игра кочевников, а древнейшая логическая система, которую ЮНЕСКО признало шедевром нематериального наследия человечества. Но что, если за перемещением шариков по девяти лункам скрывается не просто досуг, а цел…
Суббота в Коптево пахнет мокрым снегом, жасмином и свежеиспечённым пирогом с яблоками. Но для Анны Павловны, потомственного историка и неофициального консультанта следствия, это лишь декорации. Внук Илья привозит новое дело: в Зареченске убит антиква…
Суббота в Коптево пахнет мокрым снегом, жасмином и свежеиспечённым пирогом с яблоками. Но для Анны Павловны, потомственного историка и неофициального консультанта следствия, это лишь декорации. Внук Илья привозит новое дело: в Зареченске убит антиква…
Суббота в Коптево пахнет мокрым снегом, жасмином и свежеиспечённым пирогом с яблоками. Но для Анны Павловны, потомственного историка и неофициального консультанта следствия, это лишь декорации. Внук Илья привозит новое дело: в Зареченске убит антиква…
Суббота в Коптево пахнет мокрым снегом, жасмином и свежеиспечённым пирогом с яблоками. Но для Анны Павловны, потомственного историка и неофициального консультанта следствия, это лишь декорации. Внук Илья привозит новое дело: в Зареченске убит антиква…
Новое дело пахнет не театральной пылью, а рыбой для кота и загадкой вековой давности. В квартире на Коптевском бульваре пополнение: котёнок Шерлок Холмс, который, пока больше царапает диван, чем ищет улики. Но именно он случайно извлекает из вороха с…
Новое дело пахнет не театральной пылью, а рыбой для кота и загадкой вековой давности. В квартире на Коптевском бульваре пополнение: котёнок Шерлок Холмс, который, пока больше царапает диван, чем ищет улики. Но именно он случайно извлекает из вороха с…





















