О. Мэйс

Книги автора: О. Мэйс

Слой за слоем
4
Брак археолога Алексея Соколова рушится. Вместо того, чтобы разбираться, он уезжает в степную экспедицию — подальше от жены, юриста и собственной трусости. Но прошлое не отпускает. А на раскопе появляется молодая аспирантка, которая не боится смотрет…
Брак археолога Алексея Соколова рушится. Вместо того, чтобы разбираться, он уезжает в степную экспедицию — подальше от жены, юриста и собственной трусости. Но прошлое не отпускает. А на раскопе появляется молодая аспирантка, которая не боится смотрет…
Что дальше?
4
Я люблю его, но в его глазах я предатель. Тогда как в моих он — целый мир, жаль только, что самолично разрушенный...
Я люблю его, но в его глазах я предатель. Тогда как в моих он — целый мир, жаль только, что самолично разрушенный...
Кофе на троих
4
Каждое воскресенье Леонид приходит в кофейню, где когда-то собирались они втроем: ворчливый шахматист Алекс, вечно спешащий врач Миша и он сам — учитель, замкнувшийся в себе после смерти жены. Теперь за столиком остался только он. Два эспрессо. Три ш…
Каждое воскресенье Леонид приходит в кофейню, где когда-то собирались они втроем: ворчливый шахматист Алекс, вечно спешащий врач Миша и он сам — учитель, замкнувшийся в себе после смерти жены. Теперь за столиком остался только он. Два эспрессо. Три ш…
Когда цветет сирень
5
Когда Анна находит на чердаке дедову скрипку, прошлое оживает: военный Берлин, где капитан Николай Лавров играл вальс под окном любимой; детство, пахнущее бабушкиными пирогами; последний танец у больничной кровати. Но сирень цветет снова — и кажется,…
Когда Анна находит на чердаке дедову скрипку, прошлое оживает: военный Берлин, где капитан Николай Лавров играл вальс под окном любимой; детство, пахнущее бабушкиными пирогами; последний танец у больничной кровати. Но сирень цветет снова — и кажется,…
Осенний свет
3
Они встречались в парке почти каждый день — он, немолодой вдовец с тростью, и она, студентка с книгой Довлатова. Между ними не было романа — только разговоры о листьях, Цое и страхе умирать в одиночестве. Но когда ноябрь забрал последний желтый лист,…
Они встречались в парке почти каждый день — он, немолодой вдовец с тростью, и она, студентка с книгой Довлатова. Между ними не было романа — только разговоры о листьях, Цое и страхе умирать в одиночестве. Но когда ноябрь забрал последний желтый лист,…
Бумажные кораблики
5
Он оставил ей записку вместо прощания. Она одиннадцать лет пускала бумажные кораблики в лужи на вокзале — как спасательные круги в прошлое. А когда он, наконец, вернулся, оказалось, что настоящая любовь не тонет — даже если ей приходится плыть против…
Он оставил ей записку вместо прощания. Она одиннадцать лет пускала бумажные кораблики в лужи на вокзале — как спасательные круги в прошлое. А когда он, наконец, вернулся, оказалось, что настоящая любовь не тонет — даже если ей приходится плыть против…
Спаси меня
4
Меня зовут Эшли Мёрфи. И моя фамилия — словно насмешка судьбы. К восемнадцати годам я потеряла всех, кого любила, и стала разменной монетой в чужих играх. Ради безопасности младшего брата я готова буквально на всё. Я думала, что хуже уже некуда. И да…
Меня зовут Эшли Мёрфи. И моя фамилия — словно насмешка судьбы. К восемнадцати годам я потеряла всех, кого любила, и стала разменной монетой в чужих играх. Ради безопасности младшего брата я готова буквально на всё. Я думала, что хуже уже некуда. И да…
Слой за слоем
4
Брак археолога Алексея Соколова рушится. Вместо того, чтобы разбираться, он уезжает в степную экспедицию — подальше от жены, юриста и собственной трусости. Но прошлое не отпускает. А на раскопе появляется молодая аспирантка, которая не боится смотрет…
Брак археолога Алексея Соколова рушится. Вместо того, чтобы разбираться, он уезжает в степную экспедицию — подальше от жены, юриста и собственной трусости. Но прошлое не отпускает. А на раскопе появляется молодая аспирантка, которая не боится смотрет…