Александр Попов
Книги автора: Александр Попов
1411 год. Русь истекает кровью в междоусобицах, а память о нашествии терзает души. В Троицкой обители игумен Никон ищет оружие против раздора. Не меч — образ. Икону, способную явить ослеплённому враждой миру саму суть Божественного единства и соглас…
1411 год. Русь истекает кровью в междоусобицах, а память о нашествии терзает души. В Троицкой обители игумен Никон ищет оружие против раздора. Не меч — образ. Икону, способную явить ослеплённому враждой миру саму суть Божественного единства и соглас…
1411 год. Русь истекает кровью в междоусобицах, а память о нашествии терзает души. В Троицкой обители игумен Никон ищет оружие против раздора. Не меч — образ. Икону, способную явить ослеплённому враждой миру саму суть Божественного единства и соглас…
1411 год. Русь истекает кровью в междоусобицах, а память о нашествии терзает души. В Троицкой обители игумен Никон ищет оружие против раздора. Не меч — образ. Икону, способную явить ослеплённому враждой миру саму суть Божественного единства и соглас…
Эта книга — путешествие к сердцу одного из самых пронзительных текстов в истории человечества — Псалма 50 (Miserere). Это не историческое исследование и не богословский анализ, а глубокая экзистенциальная работа, в центре которой — падение и возрож…
Эта книга — путешествие к сердцу одного из самых пронзительных текстов в истории человечества — Псалма 50 (Miserere). Это не историческое исследование и не богословский анализ, а глубокая экзистенциальная работа, в центре которой — падение и возрож…
Эта книга — путешествие к сердцу одного из самых пронзительных текстов в истории человечества — Псалма 50 (Miserere). Это не историческое исследование и не богословский анализ, а глубокая экзистенциальная работа, в центре которой — падение и возрож…
Эта книга — путешествие к сердцу одного из самых пронзительных текстов в истории человечества — Псалма 50 (Miserere). Это не историческое исследование и не богословский анализ, а глубокая экзистенциальная работа, в центре которой — падение и возрож…
Мы привыкли искать смысл «внутри» реальности: в любви, работе, творчестве, вере. Но что, если смысл — это внешний, глобальный файл, доступный нам только на чтение? Что, если наша экзистенциальная тоска, чувство «нестыковки» с миром — не трагедия, а о…
Мы привыкли искать смысл «внутри» реальности: в любви, работе, творчестве, вере. Но что, если смысл — это внешний, глобальный файл, доступный нам только на чтение? Что, если наша экзистенциальная тоска, чувство «нестыковки» с миром — не трагедия, а о…
Мы привыкли искать смысл «внутри» реальности: в любви, работе, творчестве, вере. Но что, если смысл — это внешний, глобальный файл, доступный нам только на чтение? Что, если наша экзистенциальная тоска, чувство «нестыковки» с миром — не трагедия, а о…
Мы привыкли искать смысл «внутри» реальности: в любви, работе, творчестве, вере. Но что, если смысл — это внешний, глобальный файл, доступный нам только на чтение? Что, если наша экзистенциальная тоска, чувство «нестыковки» с миром — не трагедия, а о…
Эта книга – собрание притч и коротких рассказов-размышлений, которые говорят с читателем на языке тишины и образов. Каждая история – как ключ к потаённой комнате внутри нас. Здесь говорят камни, мосты, море и ветер, а древние как мир истины обретают …
Эта книга – собрание притч и коротких рассказов-размышлений, которые говорят с читателем на языке тишины и образов. Каждая история – как ключ к потаённой комнате внутри нас. Здесь говорят камни, мосты, море и ветер, а древние как мир истины обретают …
Эта книга – собрание притч и коротких рассказов-размышлений, которые говорят с читателем на языке тишины и образов. Каждая история – как ключ к потаённой комнате внутри нас. Здесь говорят камни, мосты, море и ветер, а древние как мир истины обретают …
Эта книга – собрание притч и коротких рассказов-размышлений, которые говорят с читателем на языке тишины и образов. Каждая история – как ключ к потаённой комнате внутри нас. Здесь говорят камни, мосты, море и ветер, а древние как мир истины обретают …