Сергей Семёнович Монастырский
Книги автора: Сергей Семёнович Монастырский
Выйдя на пенсию в свои шестьдесят лет, Марк Семёнович имел большие планы.
Но случилось несчастье - рак в третьей стадии. Конечно, считалось, что это лечится. Шансы были, но как повезёт. И последние годы жизни пройдут в больничной палате.
И уйдут вс…
Выйдя на пенсию в свои шестьдесят лет, Марк Семёнович имел большие планы.
Но случилось несчастье - рак в третьей стадии. Конечно, считалось, что это лечится. Шансы были, но как повезёт. И последние годы жизни пройдут в больничной палате.
И уйдут вс…
Три года одиночества после смерти мужа. Три года постоянных разговоров с ним: посреди приготовления обеда, посреди работы, при случайном взгляде в окно и особенно по ночам, когда не можешь заснуть. Марина начала писать ему письма. Зная, что никогда о…
Три года одиночества после смерти мужа. Три года постоянных разговоров с ним: посреди приготовления обеда, посреди работы, при случайном взгляде в окно и особенно по ночам, когда не можешь заснуть. Марина начала писать ему письма. Зная, что никогда о…
Так получилось, что он вырос без матери. Она умерла, когда ему было пять лет.
И всю жизнь он помнил ее последние слова: "Ты не будешь один, я стану следить за тобой с неба".
Сначала он ждал её. Потом просто знал, что мама всегда с ним. Так прожил це…
Так получилось, что он вырос без матери. Она умерла, когда ему было пять лет.
И всю жизнь он помнил ее последние слова: "Ты не будешь один, я стану следить за тобой с неба".
Сначала он ждал её. Потом просто знал, что мама всегда с ним. Так прожил це…
Это была горячая любовь. Настолько горячая, что можно было сгореть за полчаса. А потом поезда развезли их в разные стороны. Через почти тридцать лет они встретились. Но он уже не был «мужчиной». И, как ни странно, это был счастливый случай.
Это была горячая любовь. Настолько горячая, что можно было сгореть за полчаса. А потом поезда развезли их в разные стороны. Через почти тридцать лет они встретились. Но он уже не был «мужчиной». И, как ни странно, это был счастливый случай.
Герои этих рассказов встречаются нам в каких-то трудных жизненных ситуациях, из которых каждый находит свой выход. Возможно неправильный, возможно не находит. И, возможно, некоторые из вас узнают в этих героях себя. Или не согласятся с их выбором. Но…
Герои этих рассказов встречаются нам в каких-то трудных жизненных ситуациях, из которых каждый находит свой выход. Возможно неправильный, возможно не находит. И, возможно, некоторые из вас узнают в этих героях себя. Или не согласятся с их выбором. Но…
Настоящая фамилия его была не Зайцев, а Нудельман. И своей придуманной родителями фамилии он стеснялся. Как и того, что всю жизнь ему предначертано профессией быть незаметной фигуркой в плотной толпе симфонического оркестра.
А должен бы быть он Нудел…
Настоящая фамилия его была не Зайцев, а Нудельман. И своей придуманной родителями фамилии он стеснялся. Как и того, что всю жизнь ему предначертано профессией быть незаметной фигуркой в плотной толпе симфонического оркестра.
А должен бы быть он Нудел…
Мы попали в эту деревню случайно. Уже взошло яркое морозное солнце. Искрился снег, струился дым из печных труб. По краям дороги выстроились в ряд домики, занесённые сугробами. И больше в этот день ничего не происходило. Но запомнилось это как самый с…
Мы попали в эту деревню случайно. Уже взошло яркое морозное солнце. Искрился снег, струился дым из печных труб. По краям дороги выстроились в ряд домики, занесённые сугробами. И больше в этот день ничего не происходило. Но запомнилось это как самый с…
В маленькой конторке из шести человек кипели нешуточные страсти. Предметом шекспировских страстей была не судьба Датского королевства, а неприязнь Петрова к Гамазюкину. До того неприязнь, что один из них умер.
В маленькой конторке из шести человек кипели нешуточные страсти. Предметом шекспировских страстей была не судьба Датского королевства, а неприязнь Петрова к Гамазюкину. До того неприязнь, что один из них умер.
Закончилась счастливая жизнь в статусе любовников. Которая, казалось бы, могла катиться вечно. Но случилось неожиданное. И пережив это, наверное, можно было бы жить и любить, не озираясь. Но почему-то не получалось…
Закончилась счастливая жизнь в статусе любовников. Которая, казалось бы, могла катиться вечно. Но случилось неожиданное. И пережив это, наверное, можно было бы жить и любить, не озираясь. Но почему-то не получалось…
Это была счастливая пара двух студентов, мечтавших прожить друг с другом долгую прекрасную жизнь. Но судьба распорядилась по-своему. И, не выдержав испытания, один из них перечеркнул всю-всю их прошедшую жизнь.
Это была счастливая пара двух студентов, мечтавших прожить друг с другом долгую прекрасную жизнь. Но судьба распорядилась по-своему. И, не выдержав испытания, один из них перечеркнул всю-всю их прошедшую жизнь.
Весёленькое это было кладбище, по которому я ходил. Не было ни надгробий, ни оград, лишь на камнях, лежащих среди ромашек и васильков, оплетённых вьюнками и зацветших земляникой, были выгравированы даты и фамилии. Но дата на них была только одна – то…
Весёленькое это было кладбище, по которому я ходил. Не было ни надгробий, ни оград, лишь на камнях, лежащих среди ромашек и васильков, оплетённых вьюнками и зацветших земляникой, были выгравированы даты и фамилии. Но дата на них была только одна – то…
К середине жизни, а это они считали сорок пять лет, Фёдор и Татьяна достигли всего. Бизнес состоялся, сын вырос, всё необходимое приобретено.
А вот самой жизни не было. Были бесконечные проблемы, решения разных задач, взаимоотношения и, конечно, день…
К середине жизни, а это они считали сорок пять лет, Фёдор и Татьяна достигли всего. Бизнес состоялся, сын вырос, всё необходимое приобретено.
А вот самой жизни не было. Были бесконечные проблемы, решения разных задач, взаимоотношения и, конечно, день…
Это был посёлок городского типа. Такое официальное название. И всё здесь было «типа»: «типа» город, «типа» шахта, «типа» люди, «типа» жизнь. Нина жила этой «типа» жизнью и ждала, что вырвется в жизнь настоящую. И вот, когда что-то забрезжило на гориз…
Это был посёлок городского типа. Такое официальное название. И всё здесь было «типа»: «типа» город, «типа» шахта, «типа» люди, «типа» жизнь. Нина жила этой «типа» жизнью и ждала, что вырвется в жизнь настоящую. И вот, когда что-то забрезжило на гориз…
Когда дочка родилась с врождённой болезнью, муж пропал.
Потом слегла мать. Нужно было тащить всё на себе и как-то выживать. А как? Денег нет.
И жизнь Анны в свободные от домашних проблем часы превратилась в постоянный поиск хоть какого-нибудь заработ…
Когда дочка родилась с врождённой болезнью, муж пропал.
Потом слегла мать. Нужно было тащить всё на себе и как-то выживать. А как? Денег нет.
И жизнь Анны в свободные от домашних проблем часы превратилась в постоянный поиск хоть какого-нибудь заработ…
Медведь в зоопарке маялся, ритмично шагая из угла в угол клетки. Дальше пространства не было.
- Вот и я также, - сказала мужу Юля.
На следующий день муж принёс ей путёвку.
Пансионат «Долой одиночество» было написано на обложке.
- Это от медведей, - с…
Медведь в зоопарке маялся, ритмично шагая из угла в угол клетки. Дальше пространства не было.
- Вот и я также, - сказала мужу Юля.
На следующий день муж принёс ей путёвку.
Пансионат «Долой одиночество» было написано на обложке.
- Это от медведей, - с…
Погиб муж. После нескольких лет одиночества Юля решилась дать объявление. Текст не внушал надежд, но, как ей казалось, отпугивал охотников приключений.
«Познакомлюсь с серьезными намерениями…»
Погиб муж. После нескольких лет одиночества Юля решилась дать объявление. Текст не внушал надежд, но, как ей казалось, отпугивал охотников приключений.
«Познакомлюсь с серьезными намерениями…»
Проходит любовь.
Проходит жизнь.
Проходит всё, что когда-то казалось вечным. И наступает время, когда, если что-то и держит тебя на земле, то это дети…
Проходит любовь.
Проходит жизнь.
Проходит всё, что когда-то казалось вечным. И наступает время, когда, если что-то и держит тебя на земле, то это дети…
Ярким июньским утром он вышел во двор.
- Ну ты и дрыхнешь! – сказал ему Вовка. – Пошли играть.
Счастливый мальчик.
Я был им в своём счастливом детстве.
Ярким июньским утром он вышел во двор.
- Ну ты и дрыхнешь! – сказал ему Вовка. – Пошли играть.
Счастливый мальчик.
Я был им в своём счастливом детстве.
Валентина прожила свою жизнь, таща все тяготы и заботы на себе. И выплыла. А счастье пришло, когда жизнь, наконец, состоялась. Когда ей никто уже не был нужен, произошла случайная встреча. И продолжалось десять счастливых лет. А дальше начались больн…
Валентина прожила свою жизнь, таща все тяготы и заботы на себе. И выплыла. А счастье пришло, когда жизнь, наконец, состоялась. Когда ей никто уже не был нужен, произошла случайная встреча. И продолжалось десять счастливых лет. А дальше начались больн…




















