Max Etwood
Книги автора: Max Etwood
Человек уже знает, что ему нужно делать: учиться, работать, тренироваться, экономить, заниматься своим делом. Но почему он всё равно открывает телефон, откладывает и обещает себе начать завтра?
Человек уже знает, что ему нужно делать: учиться, работать, тренироваться, экономить, заниматься своим делом. Но почему он всё равно открывает телефон, откладывает и обещает себе начать завтра?
Практика воздержания, самоконтроля и дисциплины.
Эта книга — не про борьбу.
Здесь не будет мотивации. Не будет историй успеха. Не будет «секрета», который изменит тебя за один день.
Здесь будет другое.
30 дней. 30 конкретных действий. Одно задание в …
Практика воздержания, самоконтроля и дисциплины.
Эта книга — не про борьбу.
Здесь не будет мотивации. Не будет историй успеха. Не будет «секрета», который изменит тебя за один день.
Здесь будет другое.
30 дней. 30 конкретных действий. Одно задание в …
Откройте любую соцсеть — и вы увидите войну. Мужчины обвиняют женщин. Женщины обвиняют мужчин. «Все они такие». «Красный флаг». «Абьюзер». «Токсичная». Кажется, что противоположный пол — это враг, с которым невозможно договориться.
Но в реальной жизн…
Откройте любую соцсеть — и вы увидите войну. Мужчины обвиняют женщин. Женщины обвиняют мужчин. «Все они такие». «Красный флаг». «Абьюзер». «Токсичная». Кажется, что противоположный пол — это враг, с которым невозможно договориться.
Но в реальной жизн…
ВНИМАНИЕ. ЭТО НЕ КНИГА. ЭТО ДИАГНОЗ.
Если вы держите в руках этот предмет — вы уже больны. Не потому, что вы его взяли. А потому, что вы подумали, что его можно взять. Мысль о том, что эту книгу можно взять, — первый симптом. Чтение — второй. Пониман…
ВНИМАНИЕ. ЭТО НЕ КНИГА. ЭТО ДИАГНОЗ.
Если вы держите в руках этот предмет — вы уже больны. Не потому, что вы его взяли. А потому, что вы подумали, что его можно взять. Мысль о том, что эту книгу можно взять, — первый симптом. Чтение — второй. Пониман…
Мир сгорел. Она проснулась в пепле и не помнила своего имени — только то, что надо дойти до Башни. Он ждал её в десяти шагах: доспех, стёртый герб, дыра в груди, зашитая кривыми стежками. Он знал её имя. И молчал.
Потому что она отдала ему сердце, чт…
Мир сгорел. Она проснулась в пепле и не помнила своего имени — только то, что надо дойти до Башни. Он ждал её в десяти шагах: доспех, стёртый герб, дыра в груди, зашитая кривыми стежками. Он знал её имя. И молчал.
Потому что она отдала ему сердце, чт…
Одиннадцать вечера. Все спят. Она стоит перед холодильником. Не открывает. Знает, что там. Всё, что не надо. Что нельзя. Что — потом. Но тело просит. Не еды. Тепла. Покоя. Того, чего не было. Никогда.
Она ест, чтобы не чувствовать. Не думать. Не быть…
Одиннадцать вечера. Все спят. Она стоит перед холодильником. Не открывает. Знает, что там. Всё, что не надо. Что нельзя. Что — потом. Но тело просит. Не еды. Тепла. Покоя. Того, чего не было. Никогда.
Она ест, чтобы не чувствовать. Не думать. Не быть…
Эта книга не о том, как воспитывать детей. Она о том, почему воспитание не работает.
Ребёнок не слышит, что вы говорите. Он смотрит, что вы делаете. Когда устали. Когда больно. Когда никто не смотрит. Он берёт не слова — он берёт вас. Каждый день. Бе…
Эта книга не о том, как воспитывать детей. Она о том, почему воспитание не работает.
Ребёнок не слышит, что вы говорите. Он смотрит, что вы делаете. Когда устали. Когда больно. Когда никто не смотрит. Он берёт не слова — он берёт вас. Каждый день. Бе…
Он не берёт трубку. Незнакомый номер — и тело сжимается. Он должен всем. Банку. Микрозаймам. Людям. Работает. Платит. Годами. И ничего не меняется. Только хуже.
Эта книга не о том, как разбогатеть. Она о том, как вылезти. Из ямы, которая не про деньг…
Он не берёт трубку. Незнакомый номер — и тело сжимается. Он должен всем. Банку. Микрозаймам. Людям. Работает. Платит. Годами. И ничего не меняется. Только хуже.
Эта книга не о том, как разбогатеть. Она о том, как вылезти. Из ямы, которая не про деньг…
Книга о внутреннем диалоге и скрытом влиянии мыслей на нашу жизнь. Почему мы верим собственным мыслям, возвращаемся к прошлому, создаём тревожные сценарии и действуем на автопилоте?
Эта книга поможет увидеть разницу между мыслью и реальностью, научит…
Книга о внутреннем диалоге и скрытом влиянии мыслей на нашу жизнь. Почему мы верим собственным мыслям, возвращаемся к прошлому, создаём тревожные сценарии и действуем на автопилоте?
Эта книга поможет увидеть разницу между мыслью и реальностью, научит…
Она не помнит ничего плохого. Нормальное детство. Нормальные родители. Нормальная жизнь. Но каждое утро в лифте — на восьмом этаже — тело сжимается. Живот. Горло. Руки. Холод. Она не знает почему. Головой — ничего. Телом — всё.
Ей тридцать. Она прихо…
Она не помнит ничего плохого. Нормальное детство. Нормальные родители. Нормальная жизнь. Но каждое утро в лифте — на восьмом этаже — тело сжимается. Живот. Горло. Руки. Холод. Она не знает почему. Головой — ничего. Телом — всё.
Ей тридцать. Она прихо…
Ты не ленивый. Ты не глупый. Ты не «соберись». Ты — другой. Мозг — другой. Тело — другое. Жизнь — другая.
Ты садишься работать — и через два часа не сделал ничего. Ты начинаешь ходить в зал — и бросаешь на четвёртой неделе. Ты забываешь ключи, имена,…
Ты не ленивый. Ты не глупый. Ты не «соберись». Ты — другой. Мозг — другой. Тело — другое. Жизнь — другая.
Ты садишься работать — и через два часа не сделал ничего. Ты начинаешь ходить в зал — и бросаешь на четвёртой неделе. Ты забываешь ключи, имена,…
Мир сгорел. Она проснулась в пепле и не помнила своего имени — только то, что надо дойти до Башни. Он ждал её в десяти шагах: доспех, стёртый герб, дыра в груди, зашитая кривыми стежками. Он знал её имя. И молчал.
Потому что она отдала ему сердце, чт…
Мир сгорел. Она проснулась в пепле и не помнила своего имени — только то, что надо дойти до Башни. Он ждал её в десяти шагах: доспех, стёртый герб, дыра в груди, зашитая кривыми стежками. Он знал её имя. И молчал.
Потому что она отдала ему сердце, чт…
Она не помнит, когда была голодна. Помнит только тарелку. Полную. Всегда. И маму, которая стоит рядом и смотрит. С шести лет. С первого «ешь». С первого «я для тебя». С первого «через не могу».
Она не худая. Она научилась скрывать. Она нормальная. У …
Она не помнит, когда была голодна. Помнит только тарелку. Полную. Всегда. И маму, которая стоит рядом и смотрит. С шести лет. С первого «ешь». С первого «я для тебя». С первого «через не могу».
Она не худая. Она научилась скрывать. Она нормальная. У …
Эта книга не о том, как воспитывать детей. Она о том, почему воспитание не работает.
Ребёнок не слышит, что вы говорите. Он смотрит, что вы делаете. Когда устали. Когда больно. Когда никто не смотрит. Он берёт не слова — он берёт вас. Каждый день. Бе…
Эта книга не о том, как воспитывать детей. Она о том, почему воспитание не работает.
Ребёнок не слышит, что вы говорите. Он смотрит, что вы делаете. Когда устали. Когда больно. Когда никто не смотрит. Он берёт не слова — он берёт вас. Каждый день. Бе…
Он не берёт трубку. Незнакомый номер — и тело сжимается. Он должен всем. Банку. Микрозаймам. Людям. Работает. Платит. Годами. И ничего не меняется. Только хуже.
Эта книга не о том, как разбогатеть. Она о том, как вылезти. Из ямы, которая не про деньг…
Он не берёт трубку. Незнакомый номер — и тело сжимается. Он должен всем. Банку. Микрозаймам. Людям. Работает. Платит. Годами. И ничего не меняется. Только хуже.
Эта книга не о том, как разбогатеть. Она о том, как вылезти. Из ямы, которая не про деньг…
Одиннадцать вечера. Все спят. Она стоит перед холодильником. Не открывает. Знает, что там. Всё, что не надо. Что нельзя. Что — потом. Но тело просит. Не еды. Тепла. Покоя. Того, чего не было. Никогда.
Она ест, чтобы не чувствовать. Не думать. Не быть…
Одиннадцать вечера. Все спят. Она стоит перед холодильником. Не открывает. Знает, что там. Всё, что не надо. Что нельзя. Что — потом. Но тело просит. Не еды. Тепла. Покоя. Того, чего не было. Никогда.
Она ест, чтобы не чувствовать. Не думать. Не быть…
Она не помнит ничего плохого. Нормальное детство. Нормальные родители. Нормальная жизнь. Но каждое утро в лифте — на восьмом этаже — тело сжимается. Живот. Горло. Руки. Холод. Она не знает почему. Головой — ничего. Телом — всё.
Ей тридцать. Она прихо…
Она не помнит ничего плохого. Нормальное детство. Нормальные родители. Нормальная жизнь. Но каждое утро в лифте — на восьмом этаже — тело сжимается. Живот. Горло. Руки. Холод. Она не знает почему. Головой — ничего. Телом — всё.
Ей тридцать. Она прихо…
Ты не ленивый. Ты не глупый. Ты не «соберись». Ты — другой. Мозг — другой. Тело — другое. Жизнь — другая.
Ты садишься работать — и через два часа не сделал ничего. Ты начинаешь ходить в зал — и бросаешь на четвёртой неделе. Ты забываешь ключи, имена,…
Ты не ленивый. Ты не глупый. Ты не «соберись». Ты — другой. Мозг — другой. Тело — другое. Жизнь — другая.
Ты садишься работать — и через два часа не сделал ничего. Ты начинаешь ходить в зал — и бросаешь на четвёртой неделе. Ты забываешь ключи, имена,…
Книга о внутреннем диалоге и скрытом влиянии мыслей на нашу жизнь. Почему мы верим собственным мыслям, возвращаемся к прошлому, создаём тревожные сценарии и действуем на автопилоте?
Эта книга поможет увидеть разницу между мыслью и реальностью, научит…
Книга о внутреннем диалоге и скрытом влиянии мыслей на нашу жизнь. Почему мы верим собственным мыслям, возвращаемся к прошлому, создаём тревожные сценарии и действуем на автопилоте?
Эта книга поможет увидеть разницу между мыслью и реальностью, научит…
Ты не бедный. Ты напуганный. Это разные вещи.
Ты стоишь на кассе и сжимаешься. Телом. Не головой. Смотришь на чек — и что-то внутри сжимается в кулак. Как тогда. В детстве. Когда мама говорила: «Денег нет». Хотя деньги были. Просто — нельзя. Не проси…
Ты не бедный. Ты напуганный. Это разные вещи.
Ты стоишь на кассе и сжимаешься. Телом. Не головой. Смотришь на чек — и что-то внутри сжимается в кулак. Как тогда. В детстве. Когда мама говорила: «Денег нет». Хотя деньги были. Просто — нельзя. Не проси…





















