Анна Ковалева

Я давно уже не верю в любовь и не доверяю мужчинам. Мое единственное счастье – это маленький сын. Но одним осенним днем судьба снова сталкивает меня с тем, кого я когда-то без памяти любила. Между нами много боли, обид и долгие годы разлуки. Шанс…

— А вы точно не будете меня домогаться? — спросила белокурая девица, опасливо выглядывая из-за двери ванной комнаты. — Даже не надейся, — фыркнул я. — Я тебе не маньяк из подворотни. А вот кто ты такая еще предстоит разобраться. — Ну уж точно не деви…

— Вот именно! — Глеб неприятно усмехнулся. — Всего двадцать семь, а выглядишь ты как серая мышь. Блеклая, тусклая, бледная. Одеваешься как старая дева из деревенской богадельни. — Наверное, мне надо было не работать, а таскаться по соляриям и салонам…

— Ой. Прошу прощения, — пытаюсь выбраться из неожиданных объятий, но мне не дают. Мужчина лишь крепче прижимает меня к себе, одновременно прикусывая мочку уха. — За что, детка? — хрипло шепчет незнакомец, продолжая свои манипуляции. Одной рукой оттяг…

— Ой. Прошу прощения, — пытаюсь выбраться из неожиданных объятий, но мне не дают. Мужчина лишь крепче прижимает меня к себе, одновременно прикусывая мочку уха. — За что, детка? — хрипло шепчет незнакомец, продолжая свои манипуляции. Одной рукой оттяг…

Я знаю, что сейчас делает твой муж» «А ты знаешь?» «Готова узнать правду? Или так и будешь ходить рогатой оленихой?» О неверности мужа я узнала самым извращенным способом. Из сообщений, которыми меня завалил неизвестный абонент. А мой благоверный, ко…

— А вы точно не будете меня домогаться? — спросила белокурая девица, опасливо выглядывая из-за двери ванной комнаты. — Даже не надейся, — фыркнул я. — Я тебе не маньяк из подворотни. А вот кто ты такая еще предстоит разобраться. — Ну уж точно не деви…

С первого взгляда он показался мне похожим на прекрасного принца. С которым с радостью убежала бы любая. Жаль, что на поверку оказался озабоченным ловеласом. И послать бы его куда подальше, и больше не вспоминать, да отчего-то не получается. Душа жив…

— Мам, я вернулся! Войдя в дом, я замер, натолкнувшись на взгляд синеглазой незнакомки. А она побледнела как полотно и начала жадно рассматривать мое лицо. — Володя? — выдохнула пораженно, а потом сорвалась с места, обняла за шею и начала зацеловыват…

— Оленька… Олененок мой родной. Что же мы с тобой натворили? Во что превратили свою жизнь? — Пусти, Макс, пусти бога ради! — Ни за что, Оля. Больше ни за что не отпущу. И тогда зря отпустил. Надо тебя было выкрасть у родителей и забрать с собой в М…

Я давно уже не верю в любовь и не доверяю мужчинам. Мое единственное счастье – это маленький сын. Но одним осенним днем судьба снова сталкивает меня с тем, кого я когда-то без памяти любила. Между нами много боли, обид и долгие годы разлуки. Шанс на…

— Оленька… Олененок мой родной. Что же мы с тобой натворили? Во что превратили свою жизнь? — Пусти, Макс, пусти бога ради! — Ни за что, Оля. Больше ни за что не отпущу. И тогда зря отпустил. Надо тебя было выкрасть у родителей и забрать с собой в Мос…

На годовщину свадьбы муж преподнес мне незабываемый сюрприз. Такой, о каком даже не помышляла. Он приперся домой и потребовал развод. Заявил, что я ему не пара, а наши отношения превратились в болото. А я? Ну а что я? Проревелась на плече лучшей по…

Он — человек, который пытается выжить в кромешном аду и остаться человеком. Она – его добыча, девушка попавшая в беду. Две жизни, одна локация и жестокая игра, в которой ставки слишком высоки.

Я один из лучших в городе адвокатов, оголтелый карьерист и циник, привыкший жить только работой. Моя религия — юриспруденция, а настольная книга — Уголовный кодекс. Твердая воля и доводы разума руководят всеми моими поступками. А чувства я уже давно …

Он — человек, который пытается выжить в кромешном аду и остаться человеком. Она – его добыча, девушка попавшая в беду. Две жизни, одна локация и жестокая игра, в которой ставки слишком высоки. ****** — Как тебя зовут? — хриплый голос заставил меня в…

Я один из лучших в городе адвокатов, оголтелый карьерист и циник, привыкший жить только работой. Моя религия — юриспруденция, а настольная книга — Уголовный кодекс. Твердая воля и доводы разума руководят всеми моими поступками. А чувства я уже давно …