Ева Ель
Книги автора: Ева Ель
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась... И началась снова - я ожила, попав в сво…
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась... И началась снова - я ожила, попав в сво…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
— Артур, это правда? — шепчу дрогнувшим голосом.
— В смысле? Ты о чем?
— Ты мне изменяешь?
Повисает тяжелая пауза, говорящая сама за себя.
— Дома поговорим, — холодно бросает муж, и в телефоне слышатся гудки.
Фото, присланное незнакомкой, разбило мне…
— Артур, это правда? — шепчу дрогнувшим голосом.
— В смысле? Ты о чем?
— Ты мне изменяешь?
Повисает тяжелая пауза, говорящая сама за себя.
— Дома поговорим, — холодно бросает муж, и в телефоне слышатся гудки.
Фото, присланное незнакомкой, разбило мне…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…
— Как ты мог?! С нашей няней!..
— И что? — усмехается Олег. — Не нравится — проваливай. Не держу.
— Проваливай, — подхватывает блондинка, лежащая рядом с ним.
В детской плачет малыш.
Схватив его, покидаю дом. У меня больше нет семьи, но есть мой крох…
— Как ты мог?! С нашей няней!..
— И что? — усмехается Олег. — Не нравится — проваливай. Не держу.
— Проваливай, — подхватывает блондинка, лежащая рядом с ним.
В детской плачет малыш.
Схватив его, покидаю дом. У меня больше нет семьи, но есть мой крох…
- Никусик, мне надоело! Ты обещал от нее избавиться! - топает ногой моя сиделка.
- Просто подожди, дорогая, - отвечает мой супруг.
Удар, падение, вспышка боли
Муж и любовница убили меня, чтобы заполучить мои деньги и жить, ни в чем себе не отказывая…
- Никусик, мне надоело! Ты обещал от нее избавиться! - топает ногой моя сиделка.
- Просто подожди, дорогая, - отвечает мой супруг.
Удар, падение, вспышка боли
Муж и любовница убили меня, чтобы заполучить мои деньги и жить, ни в чем себе не отказывая…
– Как ты мог?! С нашей няней!..
– И что? – усмехается Олег. – Не нравится – проваливай. Не держу.
– Проваливай, – подхватывает блондинка, лежащая рядом с ним.
В детской плачет малыш.
Схватив его, покидаю дом. У меня больше нет семьи, но есть мой крох…
– Как ты мог?! С нашей няней!..
– И что? – усмехается Олег. – Не нравится – проваливай. Не держу.
– Проваливай, – подхватывает блондинка, лежащая рядом с ним.
В детской плачет малыш.
Схватив его, покидаю дом. У меня больше нет семьи, но есть мой крох…
– Артур, это правда? – шепчу дрогнувшим голосом.
– В смысле? Ты о чем?
– Ты мне изменяешь?
Повисает тяжелая пауза, говорящая сама за себя.
– Дома поговорим, – холодно бросает муж, и в телефоне слышатся гудки.
Фото, присланное незнакомкой, разбило мне…
– Артур, это правда? – шепчу дрогнувшим голосом.
– В смысле? Ты о чем?
– Ты мне изменяешь?
Повисает тяжелая пауза, говорящая сама за себя.
– Дома поговорим, – холодно бросает муж, и в телефоне слышатся гудки.
Фото, присланное незнакомкой, разбило мне…
- Я никогда тебя не любил. Мне нужны были только связи твоих родителей. Прощай.
Последнее, что я помню - это лицо мужа, обнимающего любовницу. Довольное и насмешливое. А дальше - тьма.
В тот миг я и представить не могла, что, умерев в больнице после …
- Я никогда тебя не любил. Мне нужны были только связи твоих родителей. Прощай.
Последнее, что я помню - это лицо мужа, обнимающего любовницу. Довольное и насмешливое. А дальше - тьма.
В тот миг я и представить не могла, что, умерев в больнице после …
- Я никогда тебя не любил. Мне нужны были только связи твоих родителей. Прощай.
Последнее, что я помню - это лицо мужа, обнимающего любовницу. Довольное и насмешливое. А дальше - тьма.
В тот миг я и представить не могла, что, умерев в больнице после …
- Я никогда тебя не любил. Мне нужны были только связи твоих родителей. Прощай.
Последнее, что я помню - это лицо мужа, обнимающего любовницу. Довольное и насмешливое. А дальше - тьма.
В тот миг я и представить не могла, что, умерев в больнице после …
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась... И началась снова - я ожила, попав в сво…
- Я всегда любил только Жанну! - в голосе любимого мужа звенит ненависть, прожигая насквозь.
- Сдохни! - кричит сестра.
Эти двое убили меня, чтобы забрать деньги, оставленные в наследство.
Жизнь закончилась... И началась снова - я ожила, попав в сво…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
В комнате горят свечи, тихо играет музыка. На тумбочке у кровати — два полупустых бокала.
- Пошла вон! Чтоб духу твоего здесь не было! - эти слова, словно пощечина, приводят меня в чувство.
Секретарша, лежащая рядом с мужем, хихикнув, подтягивает про…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…
— Что здесь происходит? — произношу я. Грозно не получается, внутри закипают слезы.
— А ты как думаешь? — Алексей, усмехаясь, смахивает в ящик стола забытые секретаршей трусики.
— Я хочу с тобой развестись. Уходи из моего дома!
— Никакого твоего дома…