Юэда Снеж
Книги автора: Юэда Снеж
Твой смех преследует меня всю жизнь, но кто ты — не знаю до сих пор. Я никогда тебя не видел. Сегодня же я дойду до конца. Я найду тебя, мой вечный насмешник.
Твой смех преследует меня всю жизнь, но кто ты — не знаю до сих пор. Я никогда тебя не видел. Сегодня же я дойду до конца. Я найду тебя, мой вечный насмешник.
Я думал, что создал панацею, а создал ещё одну бомбу. Я хотел дать вам ключ от болезней, вылечить. Но слишком поздно понял, что начинать лечить вас нужно с другой стороны. Слишком поздно я разгадал загадку пси-фактора.
Я думал, что создал панацею, а создал ещё одну бомбу. Я хотел дать вам ключ от болезней, вылечить. Но слишком поздно понял, что начинать лечить вас нужно с другой стороны. Слишком поздно я разгадал загадку пси-фактора.
На календаре середина весны, а за окнами настоящая зима? А что, если спросить её, почему она не уходит? Что держит её? И что это за странный старик, попросивший слепить снеговика? Даньку ждёт много интересных ответов в эту зимне-весеннюю ночь.
На календаре середина весны, а за окнами настоящая зима? А что, если спросить её, почему она не уходит? Что держит её? И что это за странный старик, попросивший слепить снеговика? Даньку ждёт много интересных ответов в эту зимне-весеннюю ночь.
Комната. Стол, включенная лампа, работающий ноутбук. За столом сидит Автор и печатает. Он один. Но если приглядеться, то можно увидеть два неясных силуэта, стоящих за плечами, и ещё две тени, заполнившие собою всё пространство. Они разговаривают.
Сод…
Комната. Стол, включенная лампа, работающий ноутбук. За столом сидит Автор и печатает. Он один. Но если приглядеться, то можно увидеть два неясных силуэта, стоящих за плечами, и ещё две тени, заполнившие собою всё пространство. Они разговаривают.
Сод…
Если вам звонят и шипят в трубку, а телефон к сети не подключен — ничего страшного, это может быть сон. Если к вам в комнату через окно вползает тьма и уплывает в коридор — не стоит паниковать, это может быть просто сон. Но если, проснувшись, вы обна…
Если вам звонят и шипят в трубку, а телефон к сети не подключен — ничего страшного, это может быть сон. Если к вам в комнату через окно вползает тьма и уплывает в коридор — не стоит паниковать, это может быть просто сон. Но если, проснувшись, вы обна…
— Госпожа Вдохновение приболела, — громко и отрывисто произнёс он, оглядывая четвёрку работников. — Я являюсь заместителем вдохновителя проекта, и в мои обязанности входит ведение всех дел на период отсутствия руководства. Так что давайте знакомиться…
— Госпожа Вдохновение приболела, — громко и отрывисто произнёс он, оглядывая четвёрку работников. — Я являюсь заместителем вдохновителя проекта, и в мои обязанности входит ведение всех дел на период отсутствия руководства. Так что давайте знакомиться…
Жизнь онлайн — весь мир на ладони, возможность потянуться за тысячи километров и взглянуть человеку в глаза, возможность достучаться до любого. Сказка? Мечта? Нет — кошмарная реальность.
Жизнь онлайн — весь мир на ладони, возможность потянуться за тысячи километров и взглянуть человеку в глаза, возможность достучаться до любого. Сказка? Мечта? Нет — кошмарная реальность.
В голове картина рисовалась просто идеальной. Но стоило взять в руки стилус, как всё тускнело и бледнело. Процесс не шёл, не полз и даже не лежал в сторону хоть какого-нибудь результата.
И Вася бесилась.
В голове картина рисовалась просто идеальной. Но стоило взять в руки стилус, как всё тускнело и бледнело. Процесс не шёл, не полз и даже не лежал в сторону хоть какого-нибудь результата.
И Вася бесилась.
Идзуми был рождён, чтобы убить демона. Но, не ведая о том, попался в ловушку, и теперь юный мститель - лишь игрушка для демона снегов. Их связывает прочная нить проклятья. Разорвать? Связать покрепче? Лишь Исток может дать ответ...
В книге встречают…
Идзуми был рождён, чтобы убить демона. Но, не ведая о том, попался в ловушку, и теперь юный мститель - лишь игрушка для демона снегов. Их связывает прочная нить проклятья. Разорвать? Связать покрепче? Лишь Исток может дать ответ...
В книге встречают…
Жизнь, как погода на море, постоянна в своей изменчивости. Взлёты и падения, штили и штормы. Здесь очень важно найти попутчика и, если встретил, нашёл его — того самого, единственного, — не отпускать. Как не отпускают друг друга море и ветер, танцуя …
Жизнь, как погода на море, постоянна в своей изменчивости. Взлёты и падения, штили и штормы. Здесь очень важно найти попутчика и, если встретил, нашёл его — того самого, единственного, — не отпускать. Как не отпускают друг друга море и ветер, танцуя …
Нас с братом похитили и отдали в какой-то чёртов клуб. Теперь мы элитки, а наши патроны — два ненасытных маньяка, которые совращают нас, развращают, вытворяют с нами безумные вещи, сводят с ума. И я чувствую, как теряю рассудок от этой безумной сладо…
Нас с братом похитили и отдали в какой-то чёртов клуб. Теперь мы элитки, а наши патроны — два ненасытных маньяка, которые совращают нас, развращают, вытворяют с нами безумные вещи, сводят с ума. И я чувствую, как теряю рассудок от этой безумной сладо…
Он был ангелом с белыми крыльями, жил спокойно, служил верой и правдой Свету. Но жестокий случай вырвал его из привычного мира, бросив во Тьму, в плен к демонам. Те лишили его всего: крыльев, силы, невинности. Но подарили другое. И теперь он, бескрыл…
Он был ангелом с белыми крыльями, жил спокойно, служил верой и правдой Свету. Но жестокий случай вырвал его из привычного мира, бросив во Тьму, в плен к демонам. Те лишили его всего: крыльев, силы, невинности. Но подарили другое. И теперь он, бескрыл…
Я обычный парень, студент, доверчивый раздолбай. И жизнь у меня самая обычная. Была. Пока однажды ночью ко мне в окно не залез он. И тогда начался мой личный, персональный кошмар.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установка…
Я обычный парень, студент, доверчивый раздолбай. И жизнь у меня самая обычная. Была. Пока однажды ночью ко мне в окно не залез он. И тогда начался мой личный, персональный кошмар.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установка…
Ты мой воздух, мой мир. Ты сидишь в нашей спальне с цепью на ноге. Я не хотел бы приковывать тебя. Но ты — летучий воздух. И иначе тебя не удержать.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются пропаганд…
Ты мой воздух, мой мир. Ты сидишь в нашей спальне с цепью на ноге. Я не хотел бы приковывать тебя. Но ты — летучий воздух. И иначе тебя не удержать.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются пропаганд…
Конец света. Он всё-таки наступил. Только никто его не заметил. Лишь двое людей знает о нём: новый Мессия да я.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются пропагандой.
Конец света. Он всё-таки наступил. Только никто его не заметил. Лишь двое людей знает о нём: новый Мессия да я.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются пропагандой.
Едва начавшись, моя жизнь надломилась. Умелые врачи смогли заделать брешь, залатали меня. Но трещина осталась. Впоследствии врачи не раз чинили меня. Но есть ли в этом толк? Ведь я всё равно остаюсь ломаным.
В книге встречаются упоминание о нетрадиц…
Едва начавшись, моя жизнь надломилась. Умелые врачи смогли заделать брешь, залатали меня. Но трещина осталась. Впоследствии врачи не раз чинили меня. Но есть ли в этом толк? Ведь я всё равно остаюсь ломаным.
В книге встречаются упоминание о нетрадиц…
Молодой граф не верил в пророчества и невзлюбил меня с первого взгляда. Он насмехался надо мной, унижал. По его прихоти из мастера прорицаний, живущего в респектабельном районе, я превратился в уличного попрошайку, который погадает вам за грош. А я о…
Молодой граф не верил в пророчества и невзлюбил меня с первого взгляда. Он насмехался надо мной, унижал. По его прихоти из мастера прорицаний, живущего в респектабельном районе, я превратился в уличного попрошайку, который погадает вам за грош. А я о…
Вот он — новый парк. Красивый, современный, весь в огнях. А я вижу тьму. Она пропитала здесь всё. Эта тьма живая, и она душит, давит, кричит. Кричит голосами тех, кто погиб, кто сгорел здесь заживо. Они до сих пор кричат. Они до сих пор горят. Они за…
Вот он — новый парк. Красивый, современный, весь в огнях. А я вижу тьму. Она пропитала здесь всё. Эта тьма живая, и она душит, давит, кричит. Кричит голосами тех, кто погиб, кто сгорел здесь заживо. Они до сих пор кричат. Они до сих пор горят. Они за…
Этот институт — территория абсурда, где всем заправляет самопровозглашённый Король. Он установил свои порядки и законы. Он контролирует всех ложью, страхом и силой. Здесь его учебный полигон перед стартом в большую жизнь. А я... Я просто случайно пом…
Этот институт — территория абсурда, где всем заправляет самопровозглашённый Король. Он установил свои порядки и законы. Он контролирует всех ложью, страхом и силой. Здесь его учебный полигон перед стартом в большую жизнь. А я... Я просто случайно пом…
Как жидкая смола ловит стрекозу в свой янтарный плен, так и я пленяю тебя. Медленно, аккуратно, осторожно. И тебе уже не вырваться из моих объятий. Никогда.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются п…
Как жидкая смола ловит стрекозу в свой янтарный плен, так и я пленяю тебя. Медленно, аккуратно, осторожно. И тебе уже не вырваться из моих объятий. Никогда.
В книге встречаются упоминание о нетрадиционных сексуальных установках, но они не являются п…





















