Александр Александрович Малькевич
Книги автора: Александр Александрович Малькевич
В курсе изложены главные вопросы организации и проведения кампаний в сфере связей с общественностью, в том числе охарактеризованы этапы развертывания кампании, особенности кампаний в различных сферах общественной жизни, основные социальные технологии…
В курсе изложены главные вопросы организации и проведения кампаний в сфере связей с общественностью, в том числе охарактеризованы этапы развертывания кампании, особенности кампаний в различных сферах общественной жизни, основные социальные технологии…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Эта повесть соединяет бескомпромиссную документальную стр…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Эта повесть соединяет бескомпромиссную документальную стр…
В этих историях, полных боли и надежды, запоминается лишь одно: даже в мраке войны решение оставаться человеком – самое значимое.
Колонна машин с семьями, детьми, техникой – последняя надежда на спасение. Но «Хаймарсы» бьют точно: спереди, сзади, в с…
В этих историях, полных боли и надежды, запоминается лишь одно: даже в мраке войны решение оставаться человеком – самое значимое.
Колонна машин с семьями, детьми, техникой – последняя надежда на спасение. Но «Хаймарсы» бьют точно: спереди, сзади, в с…
В этих историях, полных боли и надежды, запоминается лишь одно: даже в мраке войны решение оставаться человеком – самое значимое.
Колонна машин с семьями, детьми, техникой – последняя надежда на спасение. Но «Хаймарсы» бьют точно: спереди, сзади, в с…
В этих историях, полных боли и надежды, запоминается лишь одно: даже в мраке войны решение оставаться человеком – самое значимое.
Колонна машин с семьями, детьми, техникой – последняя надежда на спасение. Но «Хаймарсы» бьют точно: спереди, сзади, в с…
Эта повесть соединяет бескомпромиссную документальную строгость с разнообразием человеческих характеров и природных зарисовок, а также почти житийную интонацию с откровенным, без смягчений, изображением военных зверств.
Читатель встретит здесь плеяд…
Эта повесть соединяет бескомпромиссную документальную строгость с разнообразием человеческих характеров и природных зарисовок, а также почти житийную интонацию с откровенным, без смягчений, изображением военных зверств.
Читатель встретит здесь плеяд…
В 1942-1943 годах на своей родной Луганской земле с фашистами сражались ставшие легендой молодогвардейцы. Свои жизни отдали тогда свыше 70 юношей и девушек.
Но эта история не о них. О них мы знаем – их подвиг давно вписан в летопись Великой Отечестве…
В 1942-1943 годах на своей родной Луганской земле с фашистами сражались ставшие легендой молодогвардейцы. Свои жизни отдали тогда свыше 70 юношей и девушек.
Но эта история не о них. О них мы знаем – их подвиг давно вписан в летопись Великой Отечестве…
Один окоп. Рядом рвутся снаряды. Два врага. Украинец и русский. Кто из них сможет выбраться? И сможет ли?
Один окоп. Рядом рвутся снаряды. Два врага. Украинец и русский. Кто из них сможет выбраться? И сможет ли?
Город, зажатый между лесом и фронтом, жил под грохот артиллерии. Его центром стала полуразрушенная больница, куда везли раненых, приходили за новостями, и где врачи грели ампулы в ладонях перед уколами и оперировали под обстрелами. Среди них был и мо…
Город, зажатый между лесом и фронтом, жил под грохот артиллерии. Его центром стала полуразрушенная больница, куда везли раненых, приходили за новостями, и где врачи грели ампулы в ладонях перед уколами и оперировали под обстрелами. Среди них был и мо…