Марта Зиланова
В Китеже. Шпага и палаш

В Китеже. Шпага и палаш. Ознакомительный фрагмент
Марта Зиланова

Сотни лет назад Китеж-град скрылся от глаз неволшебников. Сейчас в нем жестко правит Вече: притесняет волкодлаков и леших, запрещает контакты с волшебниками за рубежом и даже Интернет под цензурой.Четверо друзей готовы сражаться за свободу и справедливость в своем доме. Может, с могуществом магов и чародеев этого можно достичь? А если к магии еще и шпагу добавить? А палаш? И пару сабель! Молодые волшебники начнут свою войну против всех, будут противостоять Вече и даже бунтовщикам.

В Китеже. Шпага и палаш

Ознакомительный фрагмент

Марта Зиланова

© Марта Зиланова, 2019

ISBN 978-5-0050-1121-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В Китеже. Шпага и палаш

Глава 1. Алекс

Китежградские пещеры, 25 серпня, 22:00

Ну и противная же погодка выдалась, черт ее дери! Алекс, угрюмо осмотрев заляпанные грязью берцы, поежился, недовольно бросил взгляд на таких же нахохлившихся Ржача с Клыком.

Накрапывал мелкий холодный дождь, от которого накинутая перед выходом тонкая толстовка упрямо не хотела спасать. Куда не поверни голову, все небо захватила одна бесконечная серая туча. Ни звезд, ни луны. Впереди тяжёлыми гроздьями она отражалась в ряби темного озера, сзади упиралась в скалистый холм, покрытый выжженной на солнце травой и крупными камнями в одеянии из мха и лишайника. Вызывать дождь, значит, эти погодные маги могут, а составить нормальный прогноз – нет.

Под ногами хлюпала влажная почва, вокруг пищало комарье и прочий гнус. Прекрасный вечерок, ничего не скажешь!

Отчаянно хотелось курить и наколдовать обогрева, но последние инструкции от Организации говорили однозначно: никаких дополнительных источников света, никакой магической активности на территории школ быть не должно. И с законом, который вступит в силу буквально через пару часов, призыв Ареса звучал угрожающе.

Алекс так надеялся, что с запретом на политические объединения, Арес свою Организацию все-таки распустит. Прекратились бы все эти сборы, разглагольствования, манифесты и петиции. Надежда все равно умерла семь лет назад.

Он поднял взгляд от озера выше, где на противоположном берегу возвышались три дворца: из черного, белого и серого камня. Дворцами их можно было назвать лишь условно, в прямом смысле этого слова они ими были века назад, когда зодчии возвели первые палаты, ставшие их основой. Сначала все три здания были одинаковыми – громоздкими квадратными трехэтажными хоромами с маленькими окошками и деревянными крышами с резными наличниками. Но два из них достраивали, меняли, перестраивали века подряд, а дерево крыш из раза в раз неотвратимо темнело. Белый дворец пускал лучами солнца вокруг центральной палаты двухэтажные галереи. Каждая галерея была покрыта тем же деревом, что и палата, а заканчивалась башнями разных форм, как у кремлей по всей Руси. Черный дворец пускал башни непосредственно от центральных палат, и разрастался ввысь и вширь, словно пенек с грибами. Башни были маленькими, островерхими и не походили на постройки этих земель, они громоздились одна на другой и было непонятно, как эта конструкция вообще может не падать. И только серый дворец обзавелся лишь одной башней, крытой галереей по периметру и широкой каменной лестницей к главному входу – он больше остальных сохранил в себе черты средневековой архитектуры соседей-неволшебников. Это были три старейшие школы Китеж-града.

Стеной за дворцами вставал казавшийся в ночи дремучим и бескрайним лес. Буквально на глазах Алекса от озера начал расступаться туман, окутывая все ореолом тайны и волшебства. Хотя куда уж больше волшебства-то? В месте, откуда по легендам Китежа магия распространилась по миру. Алекс Вампилов – молодой человек с темными волосами собранными на затылки в короткий пучок, с прищуром светло-карих глаз, да и вообще с видом какого-то чертова диснеевского принца. Только с апатией вместо лучезарной улыбки на бледном лице. Еще раз споткнувшись взглядом о школу Светлых волшебников, чуть заметно нахмурил черные темные брови.

– Сколько еще ждать? – прервал его созерцания взбудораженный голос Ржача. Вот он был живым, во всем: в мимике крупных, но гармоничных черт, в широкой улыбке, не покидающей лица, в огоньке ярко-зеленых глаз, в порывистых движениях и иногда чересчур уж детском непоседливом характере. За который, впрочем, его все и любили. Кудрявые русые волосы, как всегда, вороньим гнездом были всклокочены на голове. Он нетерпеливо прохаживался по небольшому пятачку вблизи узкого лаза, расположенного между крупных камней холма.

– Двадцать минут, – кинув взгляд на экран телефона, привычным спокойным тоном ответил Клык. И он тоже был живым. Без порывистости Ржача, конечно, но стоило взглянуть в его внимательные серые глаза, которые он, впрочем, прятал за широкой пластиковой оправой очков», как становилась заметна его внутренняя сила. И никакой хрупкий облик уже никого не мог обмануть. Русые волосы его были стильно уложены, а в черных джинсах и толстовке для сбора, таких же как у Алекса и Ржача, он умудрился выглядеть неприметнее старых друзей. Если бы, конечно, ярко-желтая нашивка с римской цифрой пять на рукаве не била в глаза. Это уровень опасности волкодлака для общества, наивысший. Хотя, казалось бы, ну сохраняет он человеческое сознание во время полнолуний, что такого? Но с точки зрения Вече – правительства Китеж-града и сопредельных поселений волшебников, – опаснее не дикий зверь, а тот, кто стаей зверей, в которых человек отступает в глубину сознания, может легко управлять. Клык добавил с мягкой усмешкой – Ржач, ну ты же сам нам все детали плана объяснял!..

– Целых двадцать? – не обратив внимания на колкость, задумчиво протянул Ржач, на мгновение остановился и взмахнул рукой. Золотистая пыльца закружилась вокруг друзей – комары тут же разлетелись, грязь подсохла и вокруг каждого появился невидимый кокон тепла.

– Ржач! – правая бровь Алекса взлетела вверх.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Ржач. – Конспирация и слежка – веселая игра, но ни когда вот это все вокруг.

– Закон, Ржач. Если нас сейчас не распустят, через полтора часа на каждого могут повесить реальный срок! Ты забыл, что если в нетипичное время и место произнести любое заклинание, оно выбьется из общего городского фона? По твоему заклинанию воспроизведут картину: тут в ночи торчало три человека, – не отставал Алекс, сложив руки крестом на груди. – И вообще договаривались же: никаких имён на этих сборах. Могут подслушать и выследить!

– Это только чтобы больше сплотить наше тайное сборище, – легкомысленно парировал Ржач. – Столько лет прячемся, и ни разу так ничего и не случалось. Сколько раз уже против кружков по интересам всякие разные законы принимали, и ничего.

– А я согласен с Алексом, – покачал головой волкодлак, и взмахом кисти, на указательном пальце которой блеснул лунный камень, разогнал золотистую пыль. – Нужно внимательнее следить за безопасностью. Организация будто у черты. Еще чуть-чуть и запылает.

– Ну раз это твой нос унюхал, – протянул Ржач, нехотя ликвидируя остатки золотой пыльцы. – Ничего же плохого не предлагали никогда. Смягчения законов, реформы, освобождения нелюдей.

– Мы не любим это слово, нелюди, – мягко улыбнулся Клык. – Алекс, в кого он такой наивный?

– Конечно в отца своего – без наивности Организацию никто не додумался бы собрать, – уголком губы усмехнулся Алекс.

– Да ну вас! – лучезарно улыбнулся Ржач, и взлохматил обросшие волосы еще больше. – Вместо того, чтобы надо мной насмехаться, лучше бы за безопасностью следили! Смотрите! – он указал в темноту лаза – откуда-то издалека к ним приближался пока еще едва заметный белый огонек. Маленький, будто заблудившийся светлячок.

– Кажется, пора, – сказал Алекс, и каждый достал – кто из рюкзаков, кто из кармана – сверток с черной тканью.

Все трое накинули на плечи черные плащи и натянули на головы балаклавы – все зачарованные их предводителем от средств распознавания личности. И дождавшись, когда светлячок приблизится к ним вплотную, шагнули по одному в темноту пещеры с единственной точкой-ориентиром на пути. Клык, за ним Ржач и Алекс.

Они очутились в длинном коридоре запутанного пещерного комплекса. Еще в школьные времена, когда троица и подружилась, они облазили эти пещеры вдоль и поперек. Но без светлячка места сбора не нашли бы – никто не знал, где оно будет сегодня.

Чтобы не выдать себя магией, друзья подсвечивали дорогу фонариками мобильников. Они перебирались через завалы камней, шли сквозь крупные залы и узкие коридоры, пока не добрались до самой большой, у одного из выходов которой в воздухе были подвешены пяток алых кристаллов, освещающих таких же закутанных темной тканью людей. Огонёк оторвался от парней, резко набрал высоту и влился в парящей над потолком сгусток белого света в форме летучей мыши.

Сгусток света ловил воздушные потоки, только изредка взмахивая кожистыми крыльями. Контуры лишь слабо подрагивали, но уже давали отблески по фактурным слоистым сталактитам на потолке – амальгамой на них сияли капельки воды в слабом свете.

Потолок пещеры не был ровным: повторяя форму горы, он расщелиной уходил ввысь. Там, в глубине этого вывернутого наизнанку пещерного ущелья, жила вековечная тьма – ни один лучик света не дотягивался до ее глубин. Мышь, облетая по кругу потолок пещеры, держалась его края, поближе к стенам, подальше от ущелья. Летела аккуратно по кромке провала, опасаясь уходить с мелководья темноты – света не хватило бы, чтобы разогнать вековечный мрак, который будто мог развеять и поглотить ее. Алекс какое-то время стоял без движения, задумчиво глядя на мышь, но потом встрепенулся, и присоединился к друзьям, которые уже примкнули к сборищу вокруг красных кристаллов.

Люди в плащах чаще прибывали по одному, поэтому оставшихся следовало еще подождать. Ржач с Клыком о чем-то тихонько переговаривались, вникать в разговор не хотелось. Вообще было непонятно зачем он продолжает из раза в раз присоединяться к собраниям, из раза в раз смертельно скучать, из раза в раз разочаровываться. Если бы ему давали здесь какие-то задания, как полноценным членам – другое дело! Но быть только компанией Ржачу жутко надоело.

Нестерпимо хотелось обо что-нибудь опереться, но ближайшая стена была слишком холодной, так что проглотив новое разочарование приходилось стоять, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. В руках крутил преобразователь, чтобы хоть чем-то себя занять. Преобразователь в форме карманных часов времени, увы, не показывал, отчего казалось, что минуты – или уже часы? – текли нестерпимо медленно. А дома только «Ведьмака» перепроходить начал, эх.

Но собравшиеся люди, наконец, оживились, загудели: из широкой галереи прямо у подвешенной грозди алых кристаллов, показался еще один магический светильник, на этот раз нестерпимо яркий. Холодный, белый, режущий глаза. Но как и остальные светляки, попав в пещеру, он резко полетел к потолку, стал частью сияющей летучей мыши. А за светляком, окутанный светом алых кристаллов, уже стоял человек в таком же, как и у остальных собравшихся, плотном черном плаще, но не в балаклаве, а в черной резной металлическими узорами маске с узкой прорезью для глаз. Сам Лорд Арес собственной персоной. Ха! Наградили же журналюги прозвищем, не отделаешься. Сразу транслируется – чужой ты для Китежа, чужой. Неправильно вы, дядя Бен, пиар компанию свою устроили. А Вече только воспользовались, и использовали образ в своих целях. О чем там сегодня речь пойдет?

– Тише, братья, тише! – призвал человек в алом сиянии. В зале воцарилась относительная тишина, и он начал. – После смерти наследницы Вече все сильнее затягивает гайки. Вече наносит новый удар по остаткам нашей свободы. Ее и так нет! Китеж закрыт от всего мира – нам запрещены контакты как соседями неволшебниками, так и со всеми волшебниками за пределами нашего государства. Мы урывками и контрабандой получаем новую информацию, технологии и достижения магической науки. Мы никогда не имели возможности обратиться за квалифицированной юридической защитой в случае возбуждения против нас уголовных дел. Они не дают нам и шанса оправдаться в суде. Они контролируют все СМИ и цензурируют Интернет. Они следят за разработками наших ученых и не дают им развиваться в невыгодном для курса Вече потоке. Они подчинили и держат в рабских условиях нелюдей. Меньшей части лесовиков предоставлены рабочие места с минимальными окладами, остальные вынуждены медленно умирать от нехватки времени в истинных обличьях. Они приравняли и волкодлаков к нелюдям – хотя, они такие же люди, волшебники, как мы с вами. Им достаются только низшие должности сторожей и вахтеров. Краснали и домовые – прикованы к их фабрикам и заводам. А те, что не получили разрешения на работу в своем родном государстве попадают в сети черного рынка, и становятся угрозой для всего общества. Вече – сборище тиранов и угнетателией! Многие из вас помнят, как они запретили митинги, сбор подписей и просветительскую деятельность. Так теперь они запретили Общественные объединения, они запретили нашу Организацию. Будем бдительнее! Они считают, что мы испугаемся их угроз и отступим. Но вы все здесь. С этим популистским законом нам остается только стать еще бдительнее и подготовить мощный ответ: активнее расширять наше сопротивление, тщательно отбирая кадры. Мы увеличим количество рекрутеров нашей Организации. Есть желающие?

– Я могу! – неожиданно даже для самого себя выкрикнул Алекс. Он вышел вперед, приблизившись к предводителю, красный свет осветил и его высокую фигуру. – Моя профессия сталкивает меня с самыми разными людьми, – в его на первый взгляд спокойном голосе слышались нотки вызова.

– Помог уже! – послышался язвительный голос из темноты.

– Тогда какого черта вы меня здесь терпите? – он раздраженно выкрикнул, уже не сдерживаясь. – Семь лет! Даже не позволяете принести хоть какую-то пользу!

– Алекс, успокойся, – голос Ареса тверд и уверен в себе. – Ты не принесешь пользы. Ты, как и я, известен Вече. Мы подберем для тебя более неприметную работу.

– Когда? – глядя из-под нависших черных бровей. выступивших в прорези балаклавы, спросил Алекс.

– Эй, потом, – почти шепотом сказал Клык, и осторожно потянул его за рукав. Алекс нервно передернул плечами, но замолчал и вернулся обратно во тьму.

– Итак, братья. Я призываю тех, кто еще не известен нашим врагам, например… Что?!

Тут летучая мышь засияла сгустком ослепительного света и пронеслась над головой главаря. Ни тьма, ни сияние красных кристаллов никак не изменяли ее. Порыв ветра от взмаха крыльями пошатнул кристаллы, они еще на мгновение зависли в воздухе, но качнулись и тусклыми стекляшками упали на землю. Тьма вернула свои владения.

– Облава! Отступаем! Разбегайтесь!

Одним движением все сорок человек поднялись и люди, будто неделимая, темная материя, заструились в разные стороны по тонким, едва заметным переходам.