Текст книги

Rin
Рожденная принцессой…

Рожденная принцессой…
Rin

Представьте, что вы оказались совсем не тем, кем привыкли себя считать. Друзья больше не кажутся вам такими искренними, да и всеобщее окружение смотрит на вас презрительно, будто что-то скрывает. Мишель с самого рождения ощущала себя не в своей тарелке, и с каждым годом это чувство росло в ней, подогревая интерес к неизвестному. Но вот настает момент, когда девочка вырастает, ее тянет к неизведанному, и тут она узнает, что все вокруг жестоко лгали ей. Мишель пребывает в растерянности. Неужели, ей стоит бросить все ради того, чтобы узнать, кто она на самом деле? Или лучше забыть об этом?

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0

1 глава

Раннее утро. Солнечные лучи, сначала маленькие и тусклые, а затем и яркие, постепенно освещали луга, поля, сады, многочисленные деревушки, приветствуя всех жителей королевства после ночного расставания.

Маленькая пестрая пташка вспорхнула на одно из распахнутых окон высокой башни и, заметив, что ее никто не встречает, начала звонко возмущаться.

Я, конечно, очень люблю животных и обычно живу с ними в мире, но такое пробуждение я еще припомню ей. Приоткрыв один глаз, я попыталась разглядеть негодницу, но быстро пожалела об этом. Яркий свет резко ударил по взору и отозвался болью в голове. Я вновь зарылась в глубину мягкого одеяла. Как можно забыть закрыть окна?! Спустя несколько попыток заснуть снова, я приняла решение подняться. Птица добилась своего, и ее необходимо покормить, не зря же она прилетела сюда, а окна в следующий раз надо будет закрыть. Лениво спустившись с пуховой перины, я положила несколько арбузных семечек, оставшихся после вчерашнего десерта, на ладонь и подошла к окну. Пернатое существо, еще издали заметив угощение, приземлилась на мою руку и без зазрения совести принялась завтракать.

– Везет тебе. Захотела – полетела за океан, захотела – осталась тут. Хотя, наверное, для тебя это всего лишь обыденность, – обратилась я к птице, – Забавно, что человек не может позволить себе то, что маленькая пташка делает каждый день.

Семечки были уже почти съедены, как в комнату ворвалась фрейлина, и с возгласами о том, что она пропустила моё пробуждение, стала помогать мне одеваться.

– Что за спешка, Софи? Думаю, еще достаточно времени для приготовления к завтраку, – вопросила я, натягивая на себя неудобный корсет, который забыла полностью расшнуровать вчера.

– Мишель, вы меня пугаете, – она наигранно удивилась, выпучив свои и так большие глазки, аккуратно подведенные розовым карандашом, – Как можно было забыть про собственное 16-летие?

– Как?! – испуганно застыла я на месте, – Не может такого быть, ведь на календаре… – миновав барьеры в виде больших гор одежды, я подошла к самодельному листку бумаги, на котором в каждой клеточке были аккуратно нарисованы цифры.

Похоже, в последние дни я действительно забыла о нем. Ежедневные изнурительные занятия и изнеможение совсем выбили меня из реального мира, и я потеряла счет дням.

Опомнившись от легкого потрясения, я принялась торопить свою служанку, которая и так делала все быстро. Голова, оправившись от остатков сна, принялась вспоминать все замечания, которые прозвучали на последней репетиции, а тело неожиданно сковала боязнь не оправдать надежды многих, кто пришел на торжество.

Чтобы не предаваться подробностям этой беготни, я позволила себе отвлечься и передать все приготовления Софи. К этому событию она готовилась заранее, в отличие от меня, и знала, как все должно быть, вплоть до самых мелочей, поэтому я не буду мешать ей и предоставлю все необходимые условия.

Забыла представиться. Меня зовут Мишель, и я являюсь единственной дочерью короля Стефана, то есть полноправной наследницей этого королевства. К сожалению, моя мама умерла при родах, и я никогда не видела ее. Все отзываются о покойной, как о добродушной и заботливой девушке, которая пала жертвой обстоятельств, спасая мою жизнь. Наверное, поэтому отец сильно перебарщивает с охраной. Чтобы представить, насколько он дорожит мной, поможет тот факт, что я никогда не покидала пределы дворца. Да, пространство, где я обитаю, ограничивается большими и просторными комнатами с высокими окнами и маленьким двором, где располагается великолепный сад с душистыми цветами. Обычно я гуляю там, представляя, что когда-нибудь увижу мир по ту сторону каменной изгороди.

Про себя мне практически нечего сказать. Я обычная среднестатистическая девушка, если не брать в счет статус принцессы. У меня невысокий рост, хрупкое телосложение, из-за чего очень часто возникают ссоры с отцом насчет тайных диет. Из оставшегося нужно лишь назвать светло-русые волосы, едва доходящие до пояса, и тёмно-карие глаза, не понимаю почему, ведь у папы они голубые. Впрочем, генетика – вещь непредсказуемая…

Из всех людей, служащих во дворце, я близко сдружилась только с тремя. Одну из них зовут Мэри. Она кухарка и по совместительству моя кормилица. Все моё детство она была рядом со мной, заботилась и воспитывала. Именно благодаря ей я смогла выжить. Она в прямом смысле выкормила меня и в дальнейшем старалась помочь мне справляться с этой нелегкой королевской жизнью. Все свои секреты и самые тайные чувства я доверяю Мэри, а она, в свою очередь, дает мне советы, и они еще никогда не подводили меня. Мэри удивительный человек, который достоин большего, чем работа на кухне.

Со вторым немаловажным для моей жизни человеком судьба свела меня позже, чем с кормилицей, года этак в четыре. Знакомьтесь, его зовут Камиль, и он сын многоуважаемого капельмейстера. Наше знакомство можно скорее посчитать забавным, чем милым, хотя эти слова оба подходят и более точно описывают его. Однажды придворному композитору не с кем было оставить своего единственного сына, и он, рискуя карьерой, привел чадо к нам в замок. Помню, его отец тогда презентовал нам свое произведение. Мы, как всегда, собрались всем аристократическим обществом в зале, чтобы его послушать. Камилю было запрещено появляться на глаза королевской семье, но этому неугомонному парню все запреты были, как говорится, по боку, хотя и сейчас ничего не изменилось. Разве что храбрости поубавилось с возрастом. Этот неуклюжий малыш вышел на середину огромного, украшенного позолоченной лепниной зала, и начал медленно переступать своими крохотными ножками, имитируя танец. Капельмейстер не сразу заметил внезапное появление сольного артиста, а мой отец не хотел прерывать выступление. Он лишь сдержал где-то в себе небольшой смешок и принялся снова с серьезным видом восседать на своем величественном троне. По рассказам присутствующих, я, после нескольких секунд своеобразного танца, весьма оживилась и стала радостно прихлопывать в такт музыке. Громко играющая мелодия отца Камиля сыграла мальчику на руку, и по завершению танца он быстрыми шагами поковылял к пьедесталу.

"Вы прекрасны, словно свет весеннего солнышка в угнетающей тьме. Скажите, милая принцесса, вы станете моей женой? " – тоненький голосок маленького мальчика прорезал восторженную тишину после окончания симфонии, а взгляд публики был прикован к парочке детей.

Камиль уже успел опуститься на одно колено и смотрел мне прямо в глаза своим томным щенячьим взглядом. Я же, будучи истинной принцессой, сохраняла спокойствие и даже не взглянула на мальчика, который так искренне выпрашивал у меня ответ.

"Камиль! " – раздался голос отца, и вся эта сказка вмиг исчезла вместе с тем мальчиком, который еще долго смотрел на меня, пока его выносили из зала.

Помню еще обрывки фраз из диалога моего папы с капельмейстером. Слуга тогда всеми силами старался загладить вину и очень долго извинялся, но король быстро прервал его. Разговор длился недолго. Стефан лишь похвалил композитора за его выступление и попросил приводить сына почаще. На эту просьбу было как минимум одно простое объяснение – общение со сверстниками не было бы лишним, ведь я расту, и мне нужно как-то познавать окружающий мир, если за пределы замка меня не пускают. После Камиль сразу же был назначен на пост главного секретаря принцессы и по достижению осознанного возраста стал обучаться этой профессии. С тех пор этот парень практически живет в нашем дворце. С годами он стал стройнее и выше меня на пол головы, правда, в его характере стала прослеживаться некая робость, но я не жалуюсь. Камиль никогда не бросал меня в трудную минуту и всегда приходил на помощь – не это ли является главным в дружбе? Впрочем, эту историю мы теперь вспоминаем с некой ностальгией и трепетным теплом.

Пришло время рассказать о моей фрейлине, которая сейчас так живо суетится в моей спальне. Ее зовут Софи, и в моей жизни она появилась значительно недавно. Поначалу мне не о чем было с ней говорить, но со временем у нас устаканились темы для бесед, и они были больше похожи на содержание светского разговора, чем на болтовню лучших подруг. Софи не может поддержать меня и не разделит со мной радость, мы не можем дурачиться или устраивать посиделки. Эта девушка всегда знает свое место и никогда не будет нарушать правила допустимого. Она нужна здесь для того, чтобы помогать мне одеваться и сопровождать меня на королевские приёмы. Мы обе знаем об этом, поэтому не мешаем работе друг друга.

Пока я обо всем рассказывала, гости уже собрались в тронном зале, ведь сегодня церемония в мою честь. Осталось всего лишь несколько минут до начала. Я наблюдаю за всеми через маленькое отверстие занавеса. Мне поправляют прическу и оборочки на пышном платье. Сердце колотится в бешеном ритме и, кажется, что оно скоро выпрыгнет из груди от накатившегося волнения. Минута до начала. Всего лишь одна минута. Собираюсь с мыслями. Нарастающая музыка оркестра, раздававшаяся за занавесом, со временем заглушает сердечный ритм, и я закрываю глаза для полного расслабления.

"Мишель! Никто не видел Мишель? Где моя девочка?! Куда вы дели моего плюшевого мишку?!" – до боли знакомый голос вновь заставил только что успокоившееся сердце биться чаще с каждой секундой. Из толпы темных однообразных платьев служанок мелькнуло что-то цветное и блестящее. Уже через несколько секунд молодой человек обнаружил пропажу и изо всех сил спешил к своей ненаглядной.

– O mon Dieu! Как ты прекрасна! Ну, посмотри, какое платье я тебе подобрал. Малышка, ты сегодня на высоте! – он принялся обнимать и обходить вокруг меня, проверяя все ли в порядке с его шедевром.

Этот мужчина, одетый во все пестрое и по последней моде – мой дядя, родной брат короля Стефана. Его зовут Филипп, и он мой личный модельер, хотя на эту должность его никто не назначал. Помимо всего прочего он является самым лучшим дядей на свете, душой любой компании и тем, кто может составить мне пару на балу, если Камиль по какой-то причине отсутствует.

– Не преувеличивай, дядя. Это только твоя заслуга. Без тебя я бы с этим не справилась… – поблагодарила я его, осматривая пышный подол, украшенный искусственными цветами.

– Тихо, а то еще кто-нибудь услышит! – он резко приложил свой указательный палец к моим ярко накрашенным губам, – Не делай меня стариком на глазах таких прекрасных дам…

– Но дя… Филипп, все уже давно знают, что ты мой… – я не успела договорить, как он снова закрыл мне рот.

– Какая же ты болтушка, – произнес Филипп с улыбкой, – Ты такая хорошенькая, когда молчишь, – с этими словами он поцеловал мою руку и быстро удалился, растворившись в толпе.

Меня предупредили, что занавес скоро откроется, и тогда можно будет начинать. Я вновь стала настраиваться, но не успела. Времени не хватило. Вскоре тяжелые шторы раздвинулись, и передо мной предстал огромный, украшенный ароматными цветами зал, наполненный придворными в ярких нарядах. Посередине зала, прямо передо мной, была выстлана красная дорожка, ведущая к самому пьедесталу, на котором стояли папа и Филипп.

Никогда еще не собиралось столько народу, чтобы просто поздравить меня с днем рождения. Обычно мы праздновали его в скромном семейном кругу, устраивая чаепитие с подарками и развлечениями, а потом я бежала на балкон, чтобы только посмотреть, как празднуют рождение принцессы остальные жители королевства.

Шагая медленно и грациозно, как и подобает настоящей принцессе, я приветствовала всех легкой улыбкой, но мой взгляд был устремлен только вперед. Слегка приподнимая подол платья, я приняла помощь от папы и, взяв его за руку, поднялась на пьедестал.

– Сегодня мы собрались здесь, чтобы впервые поприветствовать будущую правительницу нашей страны и поздравить ее с шестнадцатилетием! – громогласно провозгласил король. – Доченька, – обратился он ко мне, и я заметила, как папа еле сдерживает слезы, – Вот ты и стала почти взрослой. Я помню тот самый день, когда впервые взял тебя на руки. Тогда мы вместе впервые встретили закат. С тех пор я полюбил тебя и желал всего самого лучшего. Все 16 лет пролетели незаметно для меня. Из маленького и пухленького младенца с такими розовыми щечками ты превратилась в прекрасную девушку с чудесными манерами и волшебной внешностью. Никогда не думал, что дети растут так быстро. Мишель, – он взял меня за руку и посмотрел прямо в глаза, – я просто хочу, чтобы ты была счастлива, ведь ты единственная, кого я так люблю… – король больше не мог говорить. Слезы счастья хлынули из его голубых глаз и, чтобы хоть как-то скрыть всю эту трогательную сцену, он обнял меня, уже какой раз вытирающую размазанную подводку.

На помощь, как всегда, пришел Филипп.

– Дамы и господа! Бал объявляется открытым! Маэстро, музыку! – дядя лишь взмахнул своей грациозной рукой, и мелодия тут же заиграла, заставляя собравшихся разбрестись по парам и начать танцевать.

Что касается нас с папой, то его вскоре позвали, и он, извинившись, покинул меня. Я вновь осталась одна, но ненадолго. Ко мне медленно подошел Камиль.

– Прекрасно выглядишь. Филипп действительно постарался в этот раз, – не отрывая взгляда от платья, он протянул мне бокал с шампанским.

– Платье и правда удивительное… – поддержала я разговор, приняв хрустальный сосуд из рук друга.

– Ты в любом наряде будешь изумительна. Красивым все идет, – произнес Камиль с легкой улыбкой.

– Не говори глупостей, дурачок, – для того, чтобы привести парня в чувства, я слегка постучала ему по лбу. – Какие дела в городе? – я старалась как можно быстрее перевести тему, ибо та мне была не очень интересна.

– Город по-прежнему стоит, но я не об этом. Мишель, у меня есть кое-что для тебя. Закрой глаза.

Я покорно подчинилась, ведь доверяла ему больше, чем кому-либо другому в этом зале. Камиль подошел сзади, его холодные тонкие пальцы дотронулись до моей открытой шеи, и она вмиг покрылась гусиной кожей.

– Ну вот. Теперь можешь открывать, – лучший друг с довольной улыбкой сделал шаг вперед и уже стоял передо мной, ожидая реакции.

Я нащупала на своей шее кулон в виде маленького сердца. В него был вставлен резной ключик, который открывал содержимое подвески. Внутри оказался сверточек небольшого куска бумаги.

– Я нашел это совсем недавно. Помнишь, когда мы рисовали это, то поклялись никогда не расставаться? Я хочу, чтобы этот кулон сопровождал тебя везде, даже когда меня не будет рядом… – он вдруг резко замолчал и опустил голову, словно боясь наговорить лишнего.

– Камиль, ты что-то не договариваешь, – сразу заметила я, но мой допрос прервала Софи.

– Камиль, иди, погуляй. Время моих подарков, – эти слова будто оборвали невидимые цепи с парня, и он как можно быстрее скрылся с моих глаз.