Максим Гаусс
Преисподняя «Гамма-3»


Я уже потянулся было к замку, собираясь открыть дверь, но неожиданно, всё поменялось самым непредсказуемым образом… Снаружи раздался громкий рев мощного двигателя, затем протяжный визг тормозов, а после, практически сразу раздались два громких взрыва. Прозвучала автоматная очередь. Еще одна. Снова взрыв. Послышались странные хлопки. Ещё одна длинная очередь. Заработал пулемет, судя по звуку.

Далее стрельба велась разрозненно и абсолютно хаотично.

Происходящее снаружи нас совершенно обескуражило. То, что происходило снаружи – было для нас загадкой.

– Какого черта? – произнес Дмитрий, шагнув к двери, но лишь для того, чтобы прижать ее поплотнее. Получилось не очень – дверь была старая и кривая.

Я снова прильнул к щели между листами.

Все было окутано густым белым дымом. Прямо у входа лежали чьи-то ноги в ботинках. Текла тонкая струйка крови, лежали рассыпанные гильзы. Стрельба продолжалась, но уже одиночными. Кто-то кричал.

А затем все стихло.

Наступила полная тишина.

– Кто-нибудь объяснит, что только что произошло? – спросил Андрей.

– Не знаю. Но судя по звукам, на полицию кто-то напал.

– Кто-то напал? – нервно усмехнулся парень. – Кто вообще может напасть на полицейских, готовых идти на штурм склада? И вся эта каша заварилась на глазах группы студентов, случайно попавших туда, куда им не следовало соваться. Кто эти люди? И ещё – во что мы теперь влезли?

Снаружи раздались громкие шаги.

Затем кто-то от души постучал по входным дверям так, словно хотел сбить с них всю облупившуюся краску.

– Эй, народ! Выходите! – раздался снаружи хриплый голос.

Никто и с места не тронулся.

– Выходим, кому говорю!

– Зачем? – громко спросил Андрей. – Меня мама учила не ходить к чужим дядям!

Человек снаружи невесело рассмеялся.

– Я настаиваю!

– А если мы этого не хотим?

– Это в ваших же интересах! Поверьте! – человек снаружи начал терять терпение.

– Поверить? Среди того беспорядка, что вы устроили снаружи, у нас интересов нет! – Андрюхе как всегда очень захотелось поговорить.

Только вот незнакомцу с той стороны такая беседа явно не нравилась.

– Что ж, как хотите! – отрезал он, развернулся и зашагал прочь.

Я успел разглядеть, что весь он был облачен в черный комбинезон, с надетым сверху бронежилетом. На голове черная маска, а в руках был пистолет-пулемет неизвестной модели.

Неизвестный скрылся в белом дыму. Что это, газовая граната? Или что-то горело?

Где-то рядом взревел движок. Затем еще один.

Снова раздались шаги. Затем, что-то громко лязгнуло – по воротам чем-то ударили.

А спустя несколько секунд, их, со страшным грохотом выворотило из рамы. Обе половины при этом развалились на части. Мы едва успели отскочить от них.

Прямо среди обломков, метрах в двадцати можно было хорошо различить капот и мощный бампер армейского бронеавтомобиля “Тигр”. Рядом, на потрескавшемся асфальте лежал стальной трос, которым, судя по всему, и сорвали ворота. Снова рыкнув движком то ли для устрашения, то ли для убедительности, водитель заглушил мотор. Верхний люк открылся, и оттуда показалось голова в маске.

– Ну? Теперь грузиться будем? – спросил он.

– Будем! – крикнул я, быстро сообразив, что деваться нам некуда. Особенно учитывая, что у нас двое раненых, а люди, заявившиеся сюда, шутить больше не станут.

– Тогда прошу на борт! – он указал на второй “Тигр”, стоящий справа от входа, с открытыми задними дверями.

Ехали долго. Машина двигалась то по асфальтированной дороге, то по грунтовой. Я не без восхищения отметил, что с амортизацией у “Тигра” все в порядке. Даже, несмотря на события последних дней, на стрессовую ситуацию, на плохое самочувствие, я восхитился тому, что нахожусь внутри грозного бронеавтомобиля, гордости Российского оборонно-промышленного комплекса. Или какого-то другого? Не важно. “Тигр” был реально крутым аппаратом. Названию соответствовал. Куда там хваленому американскому хаммеру? Забугорная техника нашей грязи боится как огня.

Всё штатное вооружение, конечно же, было снято – мы ведь не на войне. Да и сам “Тигр” был выкрашен в непонятный песчаный цвет, похожие на хаки. Это для того, чтобы привлекать меньше внимания? Мне так и хотелось спросить у того, кто верил в то, что данный способ сработает: Ну как, получилось?

Внутри салона оказалось еще двое конвоиров, облаченных в такие же черные комбинезоны, с бронежилетами и масками на лицах. В руках пистолеты – пулеметы “Кипарис”. Разве такими не спецназ вооружают?

Оба конвоира молчали, лишь изредка обмениваясь друг с другом знаками.

– Куда вы нас везете? – громко спросил Дима, обращаясь сразу к обоим.

Вопрос остался без ответа – парня не удостоили даже вниманием.

– Так и будем молчать? – теперь уже голос подала Катюха. – Оригинально!

Помним, да, что девушка у нас несдержанная?

Кстати, стоит отметить, едва мы покинули “Астру”, она снова стала сама собой, напрочь растеряв всю ту боязливость и неуверенность, что следовала за ней по пятам, пока мы измеряли километраж путевого полотна военно-научного комплекса.

Павел встал, держась за рукоять.

– Сядь! – лениво попросил голос один из конвоиров, демонстративно перехватив “Кипарис” другой рукой. – Скоро всё узнаете!

– Не надо, – произнес я, дернув Пашу за локоть. – Без толку. Эти все равно ничего не скажут. Только зря отношение испортим.

Еще минут сорок бронеавтомобиль мчал по асфальтированной дороге, изредка сворачивая то влево, то вправо. Наконец, водитель дал по тормозам, а после и двигатель заглушил. Судя по доносившимся снаружи звукам, второй “Тигр” сделал то же самое.

– Отделение, выходим строиться! – гаркнул рослый, двухметровый конвоир, отложив в сторону “ПКМ”.

– Так точно! – буркнул Андрей, кое-как поднявшись на ноги.

Он снова скривился от боли, что не ускользнуло из внимания второго конвоира.

– Эй, парень! Ну-ка стой! Ты раненый, что ли?