Максим Гаусс
Преисподняя «Гамма-3»


Катя, немного покопавшись с хитрым замком, открыла тяжёлую входную дверь. Мы прошли внутрь.

– Ого! Ух, ты! – восхитился Павел, едва вспыхнул свет.

– Нравится? – устало поинтересовался Андрей, хромая и кривясь.

– А то! Сколько тут всего…

– Это уж точно. Добра тут хватает.

– А оружие здесь есть?

– Нет. Оно тут ни к чему.

– А там что? Я вижу стойку с оружием!

О, боги! Парень увидел стенд с нашими пейнтбольными маркерами. Ну и как ему объяснить, что современные люди, иногда собираются вместе, чтобы пострелять друг в друга разноцветной краской? Он, конечно, не глупый малый, но вряд ли современные развлечения будут ему понятны.

– Это не настоящее оружие, – устало вмешался Дмитрий.

– И зачем оно? Толку-то? – фыркнул Павел, недоуменно пожав плечами.

Никто ему не ответил. Не до того было.

Андрей, хромая, побрел к холодильнику. Открыв дверь, он хищно оценил там обстановку, извлек из глубин бутылку “Миллера”, хлопнул крышкой и жадно, разом влил в себя добрую половину бутылки.

– Кайф! – выдохнул он, закатив глаза. – Несколько дней об этом мечтал!

– Какое тебе пиво? Ты же на стимуляторах и обезболивающих! – укоризненно произнесла Катя, попытавшись отобрать бутылку.

– Разберёмся! – отмахнулся Андрей.

Дмитрий обессилено плюхнулся на диван, при этом вскрикнув – дало о себе знать простреленное плечо. Выругавшись, он, уткнувшись лицом в подушку, почти сразу же захрапел.

– Эй, Павел! Держи! – крикнул Андрей, отправив ему вторую бутылку пива.

– Что это? – недоуменно спросил парень, ловко поймав бутылку.

– Попробуй, – хоть и измученно, но зато искренне улыбнулся Андрей, после чего снова приложился к пиву. – Крышку не забудь открутить.

Павел, покопавшись, свернул крышку, осторожно понюхал содержимое бутылки и сделал глоток.

Все мы, за исключением дремавшего Димы, внимательно наблюдали за ним, готовясь к какой-нибудь необычной реакции.

– О! – только и выдал Паша, сделав еще глоток.

– Ну и как тебе пиво? – поинтересовалась Катя.

– Пиво? Ничего, вкусно. А почему оно горькое?

Вопрос остался без ответа. Мы надеялись от души посмеяться, но шутка не зашла.

– Не мешало бы основательно покушать! Желудок уже к позвоночнику прилип от голода, – заметил открывший глаза Дмитрий, при этом неловко сползая с дивана на мягкий ковер, который, кстати, не помешало бы пропылесосить. – А после поспать. Пару суток.

– Сейчас чего-нибудь сообразим! – зевнул я, трогая ушибленный ещё там, в туннелях локоть.

Разговор о том, что нам делать дальше ещё должен был состояться, но пока мы измотанные и голодные – ничего толкового из этого не выйдет.

Добравшись до кухни, я позвал с собой Пашу – пусть осваивается. А то неандерталец, блин… Пора адаптироваться к современным условиям!

– Что тут у вас можно кушать? – поинтересовался он, двинувшись следом за мной.

– Да все, что найдешь, – бросил я, не подумав о том, что мой ответ мог восприниматься двусмысленно.

В большой морозильной камере я нашел несколько упаковок фирменных пельменей. Пока я подключал компактную газовую плиту и набирал воду в большую кастрюлю, наш гость, из другого холодильника извлек замороженную пиццу. Недоуменно покрутив ее в руках, а затем, понюхав, он пришел к выводу, что данный продукт вполне может быть съедобен. Когда же я обернулся, тот уже вовсю грыз кусок подмороженного теста, кривясь и жмурясь.

– Ты что делаешь? – остолбенел я, после чего, не удержавшись, расхохотался.

– Макс? – спросила Катя, подходя к нам. Увидев то, что меня рассмешило, девушка шлепнулась на пятую точку, истерически хохоча.

– Эй, вы чего там? – спросил проснувшийся от громкого смеха Дмитрий, сползая с дивана.

Удивленный Павел с куском теста в руке и набитым ртом, выглядел невероятно комично. На его лице застыло откровенное недоумение.

– Это можно есть, так ведь? – в конце концов, спросил он, прожевав то, что отгрыз ранее.

– Можно. Но лучше разогреть! – кое-как пробормотала девушка, пытаясь успокоиться. – Зубы от холода не свело, нет?

– Ну, Павел, ну насмешил!

– А я что? Я же спросил у Максима. Он сказал все можно кушать.

Андрюха снова расхохотался.

– Скоро будут готовы пельмени! – изрек я, высыпая пачку за пачкой в кастрюлю. – Знаешь что это такое?

– Нет! – честно признался он, отложив пиццу в сторону. Судя по его виду, теперь он вряд ли рискнет употребить в пищу еще что-нибудь, без нашего одобрения.

Что ни говори, а безобидная выходка Паши немного подняла настроение, разбавив напряженную атмосферу неопределенности.

Пельмени оказались просто восхитительными. То ли с голодухи, то ли действительно – фирменные. Особенно их расхваливал Павел. Из мяса-то, кроме как зажаренных на костре крыс, да вяленой много лет назад свинины, он ничего и не пробовал толком. А тут качественный полуфабрикат…

Отдельный восторг вызвал у него майонез в ярком пластиковом пакете с завинчивающейся пробкой.

– О! Это же разработка одного из сотрудников “Астры”. В семьдесят первом году придумали. Я про это читал.

– Разработка? Майонез, что ли?

– Да нет. Я про эту упаковку и крышку с резьбой.