Маргарита Андреевна Агошкова
Печатник


– Про кого они говорят? Кто такая Рука?

Рокси пошевелила пальцами перед моим лицом.

– А, Рука!

– Рука смерти – это местный головорез, отвоевавший власть. Он сверг предыдущего правителя силой и иногда посылает приспешников добыть головы провинившихся. Короче говоря, в этом мире олицетворение сказки с плохим концом.

Амазонка заныкала одежду в какую-то щель и подожгла. По ее словам, никто даже не будет пытаться тушить. Пожары в городе происходят настолько часто, что всем заколебалось сбегаться.

– Нам не нужно лишнее внимание. Так что притворимся, что не знакомы. Желток уже на месте. Дойдешь до перекрестка, оттуда – направо.

Увидишь фонарь над домом, сухое дерево и кочергу – заходи внутрь.

Не успел я задать уточняющий вопрос, как девушка скрылась.

Я заметил заколоченные ставни каменных пятиэтажек и поднял глаза – кто-то наблюдал за мной из щели. Заметив меня, он отпрянул от щелки.

Услышав бег, я обернулся и увидел девочку в сером платьице. Она бежала от кого-то в слезах и спряталась за моей спиной. Из-за угла вышел тучный мужлан. Я хотел открыть рот, чтобы защитить малютку, но получил по носу и свалился, не успев вякнуть. Девочка взвизгнула и попыталась снова удрать, но сильная рука схватила ее и унесла на плече. Внутри меня все сжалось от стыда. Я встал, отряхнулся и посмотрел на вывеску «Сухое дерево и кочерга». Из носа лило, как из ведра.

Амазонка сидела у барной стойки. Хозяин подскочил ко мне и потребовал убраться, ссылаясь на ненужные проблемы.

– Мне и так фигово, принеси лучше выпить, – я пришпорил к его груди первую попавшуюся монету и оттолкнул. Судя по реакции мужчины, плата оказалась достойной. Хозяин расплылся в улыбке, выдал мне свой платок и пообещал сделать все в лучшем виде.

Бросив свои кости в кресло в виде бочки, я посмотрел на платок. Крови вылилось прилично. Покосившись в зал, я заметил Желтка – душу компании центрального столика. Рокси болтала с какой-то блондинкой. Перепрыгивая от одного лица к другому, я заметил мужчину в большом натянутом капюшоне. Его лицо было в тени, но я уверен – он пялился на меня. Кажись, не стоило светить деньгами, еще зарежут.

– Ваш заказ и закуска от заведения, господин, – хозяин поставил грязный поднос с мутной пенистой жижей и какими-то деревянными палками с пупырышками, напоминающими крысиные носы. Мой взгляд так и застыл.

– Ну привет, – произнес медовый голосок по соседству. – Угостишь даму?

– Угощайся, – выстрелил я и подал поднос. Девушка захихикала, но приняла кружку и одну крысиную палку. – Они не выдают такое абы кому. Ты из города? Служишь Руке?

Я подмигнул, на что она снова захихикала и подсела за мой столик. У меня и в мыслях не было флиртовать. Все как-то само собой пошло. Я был уверен, что уже растворился в толпе, как к нам присоединилась еще одна собеседница, а через пять минут еще две. Курочки налетели на зерно, как говорится. Деньги перекочевали из моих рук в карман хозяина за какие-то пятнадцать минут! Тот только подталкивал кокеток и на все делал скидки.

– Дорогой, что происходит? – произнесла властным взглядом амазонка. Она была при оружии и в грозной одежде, на что красотки отодвинулись подальше, а крайние и вовсе освободили места. – Обхаживаешь девушек у меня на глазах? Совсем мозги отбил?

– Женщина, вы ошиблись, – не устоял я.

Глаза Рокси вспыхнули. Она демонстративно отвернулась, а я отыграл, будто не хотел терять свою любовь, и начал молить о прощении. Все девушки размякли и ушли. Амазонка села рядом со мной и положила голову на плечо. Я совру, если скажу, что ничего не почувствовал.

– Что за комедия? Ты должен был сидеть тихо и не привлекать внимания.

– Просто я не смог устоять. Они в таком мире живут!

– Какие мы добренькие. Не знаешь, откуда женщины в барах берутся?

– От мамы с папой?

– Ха-ха, – она кивнула на барную стойку. – Они вытягивают из клиентов деньги для хозяина.

– Но не от легкой жизни же.

Амазонка не ответила. Видимо, согласилась.

Внутрь вошел на вид беременный мужик с белокурой девушкой под руку.       Она была почти ребенком. Я бы назвал их отцом с дочерью, если бы пузяк не впился в ее губы, как пиявка, и смачно не ударил по заду, уходя от нее к подозрительному типу, которого я приметил. Почувствовав, как Рокси ущипнула меня за ногу, я оскалился и посмотрел на ревнивицу.

– Не успели попрощаться, а ты уже на юбки засматриваешься?

Амазонка дала понять всем видом, что вошел наш наводчик. Но кто из них, я так и не понял.

Желток разыграл сцену, будто не может дождаться хозяина и поэтому поднялся сам. Он встал возле девушки и завел разговор.

– Закажи выпить, дождись, пока толстяк уйдет, и иди за ним, – амазонка чмокнула меня в губы и вышла на улицу.

Сказано – сделано. Желток оставил девушку и вышел из бара в компании свои новых друзей. Я остался один в заведении и ждал, пока двое наточат лясы сполна и разойдутся.

Тянулась третья кружка мерзости, которая уже не казалась мне такой дурной. Я услышал, как беременный подозвал свою спутницу и начал предлагать ее собеседнику. Девушку звали Сали. Она таращилась на мужчину с капюшона напуганными глазами.

– Ну, хозяин – барин, – бросил пузяк. – Если захочешь, заходи.

Они наконец-то вышли из бара. Мне не удалось пойти прямо вслед.

Мужчина в капюшоне немного поднял подбородок, и я увидел хищный подозрительный взгляд. Он говорил: «Знаю, что ты что-то затеваешь. Если сдвинешься с места – пеняй на себя».

Пришлось пересидеть и его.

Высунувшись на улицу полупьяным, я испугался темноты. Решив, что я ослеп от выпивки, я протянул руки вперед, как нащупал нечто мягкое и теплое.

– Заждались тебя, дружок, – произнес Желток.

Я отпрянул назад с испугом и толкнул кого-то сзади.

– Эй! Смотри, куда прешь!

– Простите.

Кто-то взял меня под руку.

– У него куриная слепота, – произнесла девушка. – Почему ты вылез так поздно?

– На меня мужик уставился.

– Тот, что говорил с наводчиком?

Я кивнул и повернулся на голос, но ни черта не видел. Рокси тянула меня куда-то. Затем попросила Желтка взять меня на руки. Я пытался противиться, но куда мне тягаться с громилой? Он положил меня на плечо и заставил вспомнить поездку на зачуханской тачке, прыгающей по ухабам в деревне.

Спустя полчаса тряски я стал начал что-то различать. Меня опустили на ноги возле масляного фонаря над железной дверью, за которой пузяк ругался с малолетней пассией. Сали не забыла, что ее предложили другому, и отстаивала свои права. Раздался тяжелый звук пощечины, а следом залпы извинений. Видимо, беременный опомнился, да поздно. Девушка зарыдала, побежала по лестнице и захлопнула за собой дверь.

Амазонка переглянулась с Желтком. Получив одобрение, она натянула на палец тяжелое железное кольцо и ударила три раза. Пузяк отпер, через щелку осмотрел снизу доверху Рокси, затем перевел взгляд на Желтка и напугался.