Маргарита Андреевна Агошкова
Печатник


– Что надо от меня?

– Твой пес – необычный. Взять хотя бы то, что он оставил тебя в живых. Никогда такого не было. Псы, получившие печать в той или иной системе, всегда убивали печатников. Ну, ты сам догадываешься, чтобы печать не досталась больше никому. Почему, спрашивается, он сделал исключение? А во-вторых, жизнь среди людей. Вообще не поддается объяснению! Он жил пять лет! Мы предполагали, кто он, но не знали наверняка. И не могли это доказать. Все встало на свои места только в последний вечер. Он не типичный своим родичам, возможно, еще щенок, которого не поздно утопить. Во имя жизни во вселенной, разумеется.

Последняя фраза порезала мне слух. Я сделал вид, что понимаю, но внутри не согласился.

– У тебя остались родные на Земле?

– А мы где?

– В другой галактике, дружок.

– Мои родные, – я подумал о младших братьях и сестренке. – Родители всегда хотели большую семью и сейчас снова ждут ребенка.

– Ради них ты должен присоединиться к нашей миссии. Ты выпустил зверя из клетки. Неосознанно, но все-таки сделал. И кроме тебя некому загнать его обратно. И не сердись на Рокс, она и так много пережила. Возможно, вы никогда не станете близкими, как прежде, но компаньонами быть обязаны. – Ради мира, – Желток поднялся и дал мне время все обдумать.

Меня провели в комнату, где мне придется жить всю оставшуюся жизнь. Мне пояснили, что возвращаться на землю слишком опасно. Хоть для всех псов и очевидно, что я мертв. Может просочиться информация, что это не так. Опять же благодаря Псу. Нет, Дилу. Для меня все вещи неочевидны. Я не хотел принимать как данное, что он – урод, озабоченный уничтожением вселенной. Из-за видюшки «В мире животных» и истерики бывшей я не хотел клеймить Пса.

Я вышел в сомнительных чувствах из душа и застал спящую в кресле Рокси. Она облокотилась на подлокотник и держала в руках оружие Яши. Будь она Роксаной, я бы воспользовался ситуацией. Но это совсем другая, опасная дамочка, которая не прочь вынести мне мозг в прямом смысле этого слова.

Мне не составило труда стянуть с кровати плед, а вот снимать хватку с пистолета заставило меня семью потами покрыться. Я вышел в коридор и увидел Желтка. Громила махнул рукой и исчез за поворотом.

Мы оказались в комнате со странными прикидами. Я бы назвал это место реквизитным складом или музеем. Желток объяснил, что здесь подбирается одежда для смешивания с обществом разных галактик. Честно признать, я неплохо держался. Но когда увидел засушенные черепа непонятной формы, кишки в банках – меня чуть не вырвало. Зачем это нужно было в путешествиях, я спрашивать не стал. Предпочел молча двигаться дальше.

Желток остановился около длинного ящика, похожего на саркофаг. Желток открыл и действительно – там лежал иссушенный труп.

– Это был предыдущий печатник Земли. Вы и после смерти держите энергетический баланс между галактиками вселенной.

– И что, меня то же самое ждет?

Он посмотрел на меня с серьезным видом и расхохотался:

– Шутка! Видел бы свое лицо! – он нагнулся, оторвал от усопшего палец. Затем вытащил маленький ящик с подготовленными крючками и нацепил его. – Твой билет в Каркарун. В город, куда вы отправляетесь, ходят с пальцами усопших предков. Кто-то с зубами и ушами.

– Что все?

– Это маленькая планета с одним континентом, где обитает всего три народа каннибалов. Ты якобы принадлежишь, запомнил?

– Ну, если забуду, опущу голову.

Желток засмеялся, опустил крышку саркофага и побрел к вещам.

– А про каннибалов ты пошутил?

– Ты не бойся. Рокс будет рядом. Я – на связи, да и оружие при тебе останется. Подберем прикид, побелеешь от страха при первом ужине, и тебя не отличат от местного.

– Ужине? Что же придется есть?!

– Ну, какой же ты наивный. У них праздник засола пальцев, но никто не попросит тебя на нем остаться. Вам нужно только найти координатора и все.

Представляя картину в голове, я почувствовал, как подогнулось коленки. Кровь жертвы, мясо, тела людей – все это слишком ярко представлено в фильмах ужасов, которые я ненавидел с младенчества. Мне надо было перевести дух.

– Неженка, – улыбнулся Желток, продолжая рыться в вещах.

– Не-не, я нормально, – покраснел я. – Просто, тут… думаю, спросить про Яшу или нет?

– Парню стало хуже. Из-за того, что надышался туннельного воздуха. Он губителен для его расы – мой косяк… А что хотел узнать?

– Да, как раз про самочувствие, – я поднял взор на собеседника, как оказался в темноте – Желток накинул на меня какую-то многослойную тканевую дрянь, пахнущую сыром с плесенью. – Завтра наденешь. И еще сапоги, штаны и платье для Рокси! Ах, да. Заруби на носу золотое правило печатника: «Пользуйся оружием только в самом крайнем случае!»

Я освободился из плена бесчисленных юбок и понял, что оказался один. И как эта слоновья туша могла просто исчезнуть?

Глава 5. Сорванный план

Я примерил микронаушник, засунул пистолет в кобуру и наблюдал за Желтком. Он насвистывал мелодию и бил по клавиатуре своими желтыми сардельками, заставляя вспыхивать окна на огромном мониторе. Рокси предупредила, что перед отправлением навестит ящера, поэтому мы немного отстали от графика.

– Как вы вышли на наводчика?

– Мы держим на коротком поводке тех, кто общался с псами. Галактик бесконечное множество, но кое-где нам удалось установить слежку. Там, где возможно, ставим камеры, просушку. А где нет, пользуемся услугами аборигенов за солидную плату.

– Что насчет меня? За мной тоже следили?

– За тобой присматривала Рокси, и то как за печатником. Мы не знали, что твой Пес… – действительно пес.

– Называй его Дил. Чтобы не путаться. Думаю, ты не раз будешь упоминать о нем.

– Точно подмечено! Это его имя?

– Да.

– Хм. Очень интересно.

Я отвлекся на дверь. Девушка вошла, окинула меня странным взглядом и приткнула нос.

– Что за дрянь на тебе?

– Некогда! Торопимся! – Желток нажал на последнюю клавишу и что-то загудело. Звук вышел из стен и сконцентрировался над огромной железной платформой в конце комнаты. Посыпались искры, чья концентрация увеличивалась с гудением. Огоньки слились воедино и расплылись вертикальной бликующей голубой поверхностью. Не успел я слова сказать, как Желток потянул меня за собой.

Этот переход не ограничился тошнотой. Меня вывернуло наизнанку с такой силой, что изо рта вырвалась клятва никогда больше не жрать. Когда излитие нутра прекратилось, я поднял голову и понял, что снова оказался один в темном переулке среди каменных серых домов. Я чувствовал под ногами камень, но почему-то пахло сырой землей.

Несмотря на тесноту улочки, людей встречалось достаточно. Все косились на мою цветастую одежду, уступали дорогу и шептали: «Рука здесь». Женщина, что шла мне навстречу, ахнула, дернула ребенка за руку и приказала не смотреть на меня. Все шарахались от меня, как от огня. Чтобы не увеличивать количество зрителей, я снова заныкался между домами.

Под ногами хрустело стекло, стены были липкими. Услышав свист, я обернулся и встретился взглядом с амазонкой. Она бросила ко мне черный плащ.

– Живо снимай с себя тряпки, иначе проблем не оберемся.

– Я-то с радостью, но зачем было тогда их давать?

– Тсс, – она подставила палец к губам и прислушалась. Пошел слух о слуге Руки. Я быстро натянул штаны, серую футболку и что-то похожее на легкое пальто. По крайней мере, от одежды не разило как от свалки.