Константин Александрович Костин
Невидимое Солнце

Чтобы хоть как-то прожить, скаги ломанулись в наши, человеческие города, готовые работать за еду. Т. е. со времен ханов ничего не поменялось, разве что их работа стала еще дешевле, поскольку надобности платить ханам теперь не было. Чертей на наши земли хлынула такая уйма, что работы, самой черной и грязной, на них не хватало! Они готовы были убивать друг друга уже за кусок хлеба, и с готовностью это делали. Благо, опыта в убийстве своих сородичей у скагов накоплено было достаточно.

Пока черти пускали кровь чертям, скрипя зубами, мы терпели. Смотрели сквозь пальцы даже на их обычай украшать свои жилища головами врагов, насаженными на колья. Но очень скоро инопланетяне догадались, что убивая людей, можно разжиться не только куском хлеба, но и маслом и колбасой. И даже золотом! Конечно, скаги понимали, что безнаказанным это не останется. Но им было похрену. Смерь от пули расстрельной команды им представлялась гораздо меньшим злом, нежели от голода. Но убийство с голодухи, ради пожрать, еще можно было понять. Страшнее было другое. Среди тех, кто мигрировал, чтобы работать, было немало и других – тех, кто приехал в наши города целенаправленно – убивать людей. Или грабить и убивать. Или насиловать, грабить и убивать, и совсем не обязательно именно в таким порядке.

Естественно, во всех своих бедах черти винили нас, землян, считая, что на их родной планете стало слишком много приезжих. Были и откровенные фанатики, которые, нацепив пояс с взрывчаткой, начиненной болтами и гайками, взрывали себя там, где людей побольше. Террористы. Мы видели в этом руку наших партнеров, но доказать не получалось. В конце концов, убивать инопланетян учили обе стороны Пограничной войны, и учили хорошо. И мы, и американцы.

Скаги стали опасны. Их начали бояться и ненавидеть. И, чего больше – неизвестно. На скагов ввели жесткие квоты. Проверка биографии, лицензирование пребывания на территории людей и депортация тех чертей, кто находился у нас незаконно. Хотя, какая, к черту, проверка биографии? Что, остались какие-то записи, кто из скагаран участвовал в Пограничной войне, Ночи Калашматов и Второй Чертвой Войне? Конечно – нет! Вся проверка сводилась к телесному осмотру – есть боевые шрамы или нет. И стопроцентной гарантии благонадежности скага это не давало. Первые годы Отдел Депортации Инопланетян работал круглосуточно – вылавливая нелегалов и депортируя их. Фактически – довезли до демилитаризованной зоны и дали под зад коленом. А завтра этот же черт резал глотку кому-нибудь в подворотне нашего города или, начиненный взрывчаткой, разлетался на куски, захватив с собой несколько человек.

Мы уже были готовы сравнять Скагаранский Халифат с землей, как и любое поселение инопланетян, хоть палатку в чистом поле. Мыль эта не нравилась многим. Одно дело – поставить к стенке черта, который совершил покушение на человеческую жизнь. И, совсем другое – вывести в расход всех без разбору: детей, женщин, стариков. Это уже как-то совсем не по-людски. Хотя американцы поступили так с коричневыми скагами без зазрения совести.

Спасли ситуацию краснокожие из Города Башен. В Скагаранский Халифат прибыла целая делегация старейшин, которые промывали чертям мозги несколько лет, убеждая их, что Тилис, Единый В Трех Ликах, не поддерживает использование скагаранами человеческих вещей, технологий и т. д. Учили их смирению и терпению. Удивительно, но это помогло! Правда, к нашим технологиям инопланетяне отнеслись весьма избирательно. От лекарств, водопровода, электричества и прочего отказались, а от оружия – нет. Мол, это необходимое зло. Тилис, Единый В Трех Ликах, простит. Так скаги избежали полного уничтожения на материковой части планеты, а мы… мы спасли себя от тяжелого груза на совести в виде уничтожения целого вида разумных существ. По-ученому говоря – геноцида. Хотя до греха оставался только шаг.

Около двадцати лет люди и скаги жили в относительном мире. Мы без острой нужды не совались к ним, они – к нам. Только если чертям наше присутствие было до чертиков, то мы уже не могли жить без дешевой рабочей силы, пусть и низко квалифицированной. Инопланетян побаивались, сторонились, но все дворники, уборщики, без исключения, были скагами. И две трети строителей – тоже. Не говоря уже про поваров. К тому же их земли еще век назад стали своеобразной буферной зоной, перекрывая больше половины границы с американцами, которые, хоть и были нашими братьями и партнерами, но уроков Пограничной войны никто не забыл. Обстановку старались не накалять.

– Сдачу гони, – потребовал я у Виталика.

Скотина! Только что ругал Шолоша, а сам уплетает его шашлык, только шум стоит. Не выпуская из зубов кусок мяса, лейтенант забренчал мелочью в кармане, и высыпал на торпедо несколько монет.

– Маловато как-то… – покачал я головой.

– Да? – Лопатин пересчитал деньги. – Вот же сволочь! Обсчитал меня на двадцать копеек! Хотя постой…

Лейтенант потряс штаниной, и на пол выкатилась еще одна монета.

– Все забываю, что у меня дырка в кармане. А заштопать некому… жениться, что ли?

– Вот видишь, – с укором произнес я. – Оказывается, не обсчитал. А ты наговариваешь.

– Какая разница? Ну не обсчитал. Но неприятный осадок остался. Вымести бы их всех поганой метлой…

– А что ты тогда делать будешь? усмехнулся я в ответ.

Жили в относительном мире. Полного, стопроцентного мира со скагами не было. Иначе мы не катались бы на казенном автомобиле по городу. В нас попросту не было бы необходимости! Те инопланетяне, что находились на человеческих территориях, в целом, ребятами были миролюбивыми. Периодически, бывало, учиняли какой-нибудь разбой или грабеж. Но, преимущественно, без кровопускания. Именно им были обязаны работой мы, ОДИ, пограничники и еще несколько тысяч людей. Бывало еще, что какой-нибудь террорист бахал себя. Но это уже в самом деле редко. В Грачевске последний такой случай был… лет пять назад. Ближе к границе – чаще. Но если судить о всех рогатых по этим единичным случаям… Был и Максим-Потрошитель, который выпускал чертям кишки, откровенно наслаждаясь процессом, был Томми-пулемет, который сколотил целую банду и вырезал инопланетян сотнями. Нельзя же судить по ним о всем человечестве! Надо как-то отделять одних от других. Котлеты отдельно – мухи отдельно. Тех, кто приехал к нам за лучшей жизнью, чтобы честно трудиться, от тех, кто видит смысл жизни в том, чтобы очистить планету от «понаехваших». Т. е. от нас.

– Хочешь, расскажу анекдот про скага и автомат? – предложил Виталик.

– Ну давай…

– Нашел скаг Калашмат. Через некоторое время у него другие скаги спрашивают:

– Ну что, как Калашмат?

Он отвечает:

– Замечательная штука! Штык-ножом можно резать врагов, ремнем можно душить врагов, прикладом можно разбивать головы врагов…

– Подожди! А как он стреляет? Осечек нет?

– У, Тилис, Единый В Трех Ликах, так это чудо еще и стреляет!

– Смешно, – согласился я.

Мы ненадолго замолчали, перемалывая зубами шашлык. Замечательный шашлык!

– Ха! – воскликнул напарник. – Смотри, какой смешной черт!

– Скаг, – поправил его я. – Говорить «черт» – это преступление…

– А преступниками могут быть только черти!

Я не успел возразить. Я даже не успел посмотреть в сторону, куда показывал офицер. Раздался пронзительный вопль, громкий даже здесь, за броней машины.

– Тилис!

Я уже знал, что будет дальше. Не надеясь на прочность стеклопакета, я нырнул вниз. В композите брони я был уверен больше. Спереди еще и двигатель – два метра жизни. На теле – бронежилет. Есть. На голове – шлем. Должен быть. Но он валялся на заднем сиденье.

Почему именно сегодня, почему в мою смену, почему в Грачевске? Это писанины теперь – не оберешься. И недели две без выходных – выковыривать нелегалов из всех щелей.

Тяжелая бронированная машина подпрыгнула от взрыва. По корпусу застучали осколки. Кто-то кричал. Лопатин отчаянно матерился.

Выждав пару секунд, я выскочил их джипа, водя по сторонам стволом автомата. Стекло, вопреки опасениям, выдержало. Лишь трещина появилась. Больше я пока ничего не мог рассмотреть – из-за пыли, поднятой взрывом. Видимость такая, что я даже ДТК собственного автомата различал с трудом.

– Командир, что делать-то? – взревел Виталик.

Вот как! Уже не Пашган, а командир!

– Радируй в штаб! – приказал я.

Проклиная себя за то, что очки, вместе с каской, остались в автомобиле, не отпуская автомата, я медленно двигался к месту взрыва. Пыль постепенно оседала. Чихнув, я посмотрел наверх. Даже солнца не было видно! Только светлое пятно. Очертания огромного красного шара Ареса не угадывались вовсе.

Глава 2

Отдел Депортации Инопланетян

Дебил! Какой же дебил этот чертов скаг! Этот чертов черт! Рванул себя посередь бела дня, в центре Грачевска, а жертв – девушка с ребенком да дворник. Красивая девушка! Да, жалко. Да, горе. Да, не досмотрели. В том числе и я, который находился именно там. Но откуда я мог предположить, что террористы пошли настолько долбанутые, что начнут жертвовать собой ради троих человек! Вернее, двоих людей, один из которых грудной ребенок, и своего же соплеменника. Смысл теракта от меня ускользал до сих пор. Ну не укладывалось у меня в голове!

Ну да, еще памятник Борису Грачеву. Остался только фундамент и каменная крошка. Но он-то кому сдался? Ночью можно было привести хоть бригаду скагов с экскаватором и выкопать его – памятника нескоро хватились бы.

Отчеты я писал два дня. Без сна и отдыха. Потом еще два дня специально созданная комиссия имела меня в хвост и в гриву, с вазелином и без. Виталика тоже. Все это время милиция в полном составе шерстила город, заглядывая в каждую щель, где прятались скаги. И стало просто не до меня…

Ушами хлопнули все. Пограничники, ОДИ, Комитет. Почти пять тысяч нелегалов! Наличие нелегалов секретом не было ни для кого, но не в таких количествах! А потом произошло нечто вообще вопиющие. Под Грачевском нашли целый подземный город скагов, утыканный кольями с головами как чертей, так и людей. Похоже, все без вести пропавшие за последние десять лет собрались в одной пещере. Ну не полностью собрались – частично. Склады с оружием возраста едва ли не эпохи Исследований, боеприпасы, взрывчатка, снаряжение. Вот если взять Скагаранский Халифат и закопать его под Грачевском – пожалуй, самое подходящее сравнение.

Уже вообще было непонятно – наказать меня, или наградить, как впоровшего наименьший косяк. Пять тысяч нелегалов! Да их содержать негде было! Обнесли колючей проволокой стадион, выставили охрану и сгоняли инопланетян пока туда. А ведь каждого еще надо допросить, узнать, откуда и для чего взрывчатка. Кормить. Охранять. Расстреливать или депортировать. Людей не хватало катастрофически. Гром не грянет – мужик не перекрестится. Рейды проходили не только в Грачевске, но и Порт-Артуре, Верхнезаводске, Святоборисовске, Архаровске и других городах. Лучше не было. Нигде. Везде тысячи нелегалов, склады с оружием и т. д. В распоряжение Отдела Депортации Инопланетян отдали всех, кого можно – пограничников, штурмовиков, даже флотских. Согнали толпу силовиков с Марининских островов – единственное место, где ситуация была не столь плачевна и то по той причине, что чертям до островов еще добраться надо, что пешком не очень получалось.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу