Ольга Остроумова
Там, где снимается кино…

Там, где снимается кино…
Ольга Остроумова

Детективные истории к "пятичасовому чаю": легкие, короткие, в меру ироничные, запутанные и непременно с неожиданными развязками.

Ольга Остроумова

Там, где снимается кино…

Беспокойные выходные

– Подумаешь… не пропаду, придумаю что- нибудь.

Первый раз они поссорились. Точнее, ссорилась она. Муж во время её монолога явно думал о чём-то своём и вполне мог ссоры не заметить. Но она всё равно решилась. Высказала всё, что наболело. В запале выскочила из дома, в чём была: в джинсах, домашней растянутой кофте с капюшоном и ещё в смешной повязке в волосах. Она любила так завязывать косынку, когда рисовала. Волосы не мешали, а она становилась очень похожа на гоголевскую Солоху. Прихватила планшет с бумагой и карандашами (впрочем, она редко выходила из дома без них). Посидела на платформе, пропустила две электрички. Честно говоря, очень надеялась, что муж догонит. Начал накрапывать дождик. В кармане была кое-какая мелочь – ей хватило на билет до города. Там, бесцельно побродив ещё пару часов, она без сил упала на скамейку на Новинском бульваре. Солнце опять светило ярко, пригревало, несмотря на сентябрь. Она закрыла глаза и почти заснула. Негромкий разговор рядом привлек её внимание. Она чуть приоткрыла глаза. На другом краю скамейки разговаривали двое мужчин. Почти шептались. Разговор шёл на английском, и, хотя она специально не вслушивалась, невольно понимала отдельные слова. Какие-то детали к каким-то самолётам. «Прямо как два шпиона!» – мелькнула у неё мысль, и она не заметила, как снова задремала.

Проснулась, почувствовав, что упал планшет – из него высыпались карандаши, угли, ластики, новые и мятые, испачканные угольком салфетки. Один из мужчин галантно вскочил с места и помог собрать рассыпавшееся. Искренне поблагодарив его и спасаясь от крупных капель вновь начавшегося дождя, она побежала в метро… Не заметила, что следом за ней, стараясь держаться на расстоянии, двинулись двое.

Сестры дома не оказалось. Она решила, что вся семья, наверно, уехала на дачу, под Коломну. Соседка выручила незадачливую путешественницу сотней. Ей хватит на электричку – она доберётся до своих и уже потом решит, что делать дальше. Чёткого плана не было. Она же первый раз в жизни ушла из дома. Ни денег, ни телефона. Впро- чем, номера она наизусть не знает, точнее, знает только номер мужа, но как раз ему-то и не хочется звонить.

Уже было почти за полночь, когда она добралась до дачи. Любимейшее место – она знала и саму Коломну, и её пригород как свои пять пальцев. Детьми проводили тут каждое лето. Последнее время, правда, жителей в их деревне осталось немного, а из постоянно живущих – так и вообще единицы.

Лена была неприятно удивлена, не обнаружив семью сестры на даче. Дом был закрыт, ключа в условном месте тоже не было. Между тем дождь становился всё сильнее и сильнее. Она вымокла, замёрзла, растерялась и даже немного испугалась. Огней не было и ни в одном из ближайших домов.

– Невезуха какая-то, – пробормотала она и тут же вздрогнула. Рядом, словно из-под земли, возникла старушка. Она стояла, сгорбившись, опираясь на рукодельную палку.

– Можешь переночевать у меня, только угощать особо нечем. Зато картошка горячая в горшочке…

Бабушка чем-то настораживала, что-то в ней было не так – художественная натура Ленки почувствовала сразу, но в данный момент это было лучшее предложение, на которое она могла рассчитывать. Бабуля жила через две избы от них, однако Ленка не помнила ее совершенно. В конце концов она решила: это из-за того, что она редко бывает последнее время на даче, поэтому и соседей мало знает…

В избе было тепло, сухо. Старушка посоветовала ей садиться прямо на печку – так и согреется, и одежду быстрее подсушит, – а сама начала накрывать на стол. Волна тепла и благодарности притупила настороженность Елены. Они поели. Потрясающе вкусная картошка с огорода, нашлась даже пара помидоров. Настоящих, с зелёным хвостиком, прямо из теплички. Конечно, у хозяйки не было телефона, хотя на всякий случай гостья спросила.

Уснула она быстро и так же быстро проснулась. На печке с непривычки было неудобно и жарко. Не знала, сколько прошло времени. Очень хотелось пить. Стараясь не шуметь, она подошла к ведёрку с водой. Почувствовала очень знакомый и одновременно странный, не вполне подходящий месту запах. В избе у этой милой старушки, которая питается лишь картошкой и зеленью с огорода, отчётливо пахло её любимыми чипсами!

Ленка приоткрыла дверь и вышла на порог. Дождя не было. Яркая луна освещала огород. Было отлично видно бабушку. Она стояла спиной к дому – удивительно прямо стояла, безо всякой палочки, – а к уху прижимала мобильник; свободной же рукой доставала из пакета чипсы. Ленка замерла.

Нельзя было разобрать ни слова. Голос у старушки был какой-то странный. Но дальше стало ещё интересней: закончив разговор и по-мужски задрав юбку, бабушка закопала телефон в грядку, предварительно завернув его в полиэтиленовый пакет… Ленка не стала долго раздумывать – схватила свой планшет и рванула, куда глаза глядят из этого дурдома…

Утро она встретила на местном вокзале. Неподалёку в городе она знала неплохой ресторанчик, пользующийся спросом и у местных, и у гостей этого красивого подмосковного города. План выживания на первое время уже созрел. Она расположилась на лавочке и начала делать стремительные карандашные наброски посетителей. В конце концов, её усилия были замечены, можно сказать, даже пришёл успех: образовалась небольшая очередь из желающих увековечиться. Продавая наброски недорого, Лена собрала сумму, вполне достаточную для того, чтобы перекусить и купить билет. Она решила отправиться в Тверь. Отец работал там в охотхозяйстве после смерти мамы. Она не одобряла убийство, будь то разрешённая охота или что-то ещё, отца там навещала редко, но сейчас это была последняя надежда.

Ни со второй, ни с третьей попытки внедорожник не завёлся. Проливной дождь не унимался вторые сутки. Дорожки на участке размокли, водостоки справлялись, но вокруг двухэтажного коттеджа повсюду образовались глубокие лужи. Как был, в ветровке и в резиновых сапогах, он забрался в малолитражку жены, отодвинул назад водительское сиденье, чтобы стало удобнее ногам. Двухместная машинка завелась сразу, и так же сразу сильно запотели окна. Реальность пропала из виду, а на окне слева он увидел проявившуюся строчку, сделанную пальцем жены: «Лена плюс Серёжа». А чуть пониже – сердечко и слово «любовь». Вечно она рисует на окнах машин! Но сейчас чертыхнулся не из-за этого. Вчера они поругались впервые за восемь лет. Ну, как поругались? Она просто озвучила наболевшие претензии: мол, много работает, не уделяет ей время, не находит возможность посетить выставки, где представлены её работы… Сергей сначала вообще не обращал внимания на её бухтение – мыслями он был на работе, они заканчивали сразу три сложных дела, ему уж точно было не до выставок! Потом, параллельно своим размышлениям по работе, он подумал, что жена придирается не по делу. Он – отличный семьянин (ухмыльнулся в усы, вспомнив фильм), не замечен, да и не надо ему, пьёт в меру, деньги в дом, дом, кстати, вон какой отгрохал. Когда вечером он отпустил собаку, та, преданно глядя в глаза, не побежала радостно, а осталась у ног и заскулила – вот только тогда он понял: что- то не так. «Не так» оказалось серьёзной проблемой: жены дома не было. На улице лил дождь. Машину она не взяла. Он пробежался по вещам цепким взглядом: она ушла в кофте, зонт и куртка в прихожей, сумка с кошельком и документами там же. Холодок прошёл по спине, но в тот момент он успокоил себя, решив, что она у подружки-соседки.

Утром он проснулся один. Чертыхнулся. Проверил весь дом – никого. Тревога нарастала. Он обошёл полусонных поутру соседей, стараясь не вдаваться в подробности, выяснил, что Ленки нигде нет. И пошёл заводить машину… А теперь смотрел на её каракули на стекле. Смотрел и думал, что виноват. Мыслил полковник всегда чётко. Раз виноват – извинится, она вернётся, а он постарается впредь быть внимательнее, ибо жизни своей без этой сумасшедшей девчонки он не представлял…

Машина прогрелась, он нажал кнопку на пульте от ворот, решив, что выкатит машину, а потом переоденется. Но ворота не дёрнулись. Он вышел из машины и подошёл к ним вплотную, будто это могло что-то изменить. В бесплодных попытках выехать он потерял ещё минут тридцать. В конце концов, решив, что это бесполезно, сел в вызванное такси. Поехал в город. Вспомнил, как его долго отговаривал от установки таких ворот прораб, – говорил, подведут в самый неподходящий момент. Но две зимы они служили исправно. А вот теперь замерли от не прекращающегося второй день дождя.

– Везде пробки – ехать долго будем, – донеслось до его сознания ворчание таксиста.

«День, видно, сегодня такой», – решил Сергей. Он наконец заметил, что так и не переоделся и едет на службу, одетый не по уставу. Однако возвращаться не будет.

До конторы оставалось метров пятьсот, когда стало ясно, что пешком он дойдёт быстрее, чем доедет. Расплатившись с водителем, Сергей быстрым шагом двинулся по улице. Кто-то крепко схватил его за руку. Резко оглянувшись, он грозно посмотрел и тут же смягчился. Перед ним, прямо напротив небольшого, почти вросшего в землю храма стояла милая старушка-нищенка. Настолько миловидная, что Сергей достал из кармана деньги и не глядя сунул их бабульке. Не прошёл и двух шагов, как снова был остановлен. Бабушка крепко опять держала его за рукав.

– Что на этот раз? – строго, нетерпеливо, почти грозно спросил мужчина.

– Мне столько не надо.

– Чего не надо? – Не понял он сразу.

– Денег твоих мне столько не надо!

Сергей посмотрел на неё внимательно. Потом на деньги. Он дал ей, оказывается, пятьсот рублей. Пошарил в кармане:

– Меньше у меня нет!

– Мне столько не надо!

– Тогда зачем вы здесь стоите-то? – Терпение заканчивалось.

– А чтоб ты задумался, чего и сколько надо тебе!

Она сказала это как отрезала, разве только в лоб ему не дала. Обалдев от этого, в полном недоумении он пошёл дальше. Прошёл два шага и остановился. А ведь действительно, он то сам чего хочет? Чего ему надо?

Он и не помнит, когда последний раз был отпуск, – одни дела сменяют другие, и нет им конца и края. Жену забыл настолько, что даже её ангельское терпение лопнуло. В кабинет к руководству он зашёл, уже полностью обдумав своё решение:

– Я на два дня пропаду, не ищите! Семья разваливается! Я озверел – на людей бросаюсь!

Генерал сначала опешил, затем быстро среагировал:

– У нас ЧП! Разработка идёт в спешке – одни накладки и срывы! Без тебя никак!.. Тебя это тоже касается! Лично!

Но полковник не услышал двух последних фраз – он уже был на лестнице, на бегу выключал телефон. Раз жена свой забыла дома – она ему не позвонит, а больше ничьи звонки он слышать сегодня не хотел. Неприятностей по службе он тоже не боялся. И он сам, и генерал прекрасно понимали, что без короткой передышки ему просто нельзя. Заскочил в свой кабинет, достал из сейфа двустволку тестя. Он привёл её в порядок, и сейчас самое время порадовать Ленкиного отца. Сергей собирался в Тверь – почему-то был уверен, что найдёт жену именно там. Коломну и сестру он исключил сразу, так как сам посоветовал родственникам на эти выходные чудесную ферму в Конаково.

В электричке, которая отправлялась в Тверь, Ленка села на свободное место у окна. Прижалась лбом к прохладному стеклу. Думала про мужа. Наверно, сейчас он всю голову сломал, не зная, где она, не имея возможности отследить её по местонахождению телефона. Хотя с его-то возможностями…

Она вспомнила, как лихо они познакомились. В ресторане на Арбате, где она практиковалась в набросках после художки, гуляла шумная компашка. Ленка стремительными штрихами, так отличавшими её работы от однокурсников, ухватывая саму суть персонажа, делала то ли портреты, то ли шаржи.

Они разлетались, как горячие пирожки. Сергей, тогда ещё капитан, был в том же ресторане на задании. Художница его не интересовала. Хотя он отметил её про себя. Его внимание было приковано к компании мужчин, сидевших неподалёку. Он, как и его сотрудники, ждал команды от официанта, который тоже участвовал в операции. Заметил он и то, что его портрет тоже уже нарисован. Хотя он об этом и не просил! Молча встал, расплатился, затем порвал лист и бросил клочки на тарелку. Ещё не хватало его лицо тиражировать! Опешившая от такой судьбы своей работы Ленка откликнулась сразу, двумя штрихами сделав забавный шарж на обидчика. Показала ему исподтишка и новый набросок, и язык… Неожиданно на большой стол гулявшей в ресторане компании лихо запрыгнула женщина, возраст которой был явно пенсионным. Она скинула с себя небрежно накинутый фланелевый халатик, под которым оказался сшитый, видимо, своими руками костюм гейши, и, не смущаясь своего отнюдь не молодого тела, начала танцевать прямо на столе танец живота. Сильно подвыпившая компания начала ей даже аплодировать, игриво подбадривать. А танцовщица, не замечая насмешек, всё крутила и крутила бёдрами. Сергею было дико противно, однако его работа требовала выдержки. И не такое видали! Краем глаза он заметил движение официанта и, приподнявшись, словно хотел позвать знакомого, – он тем самым предупредил своих о скорой развязке. Ленка тем временем закончила набросок танцовщицы. Старый ловелас – видимо, тайный поклонник выступающей – купил рисунок за бешеные деньги. Решив, что на сегодня с неё хватит, девушка собрала вещи и направилась к выходу. Дорогу ей перегородил один из тех, за кем наблюдал Сергей:

– Познакомимся, красавица?

Он был весел, развязан и готов на подвиги. При этом мужчина явно был иностранец, так как выговаривал слова с акцентом.

Однако у Ленки реакция оказалась отличной. Она схватила под локоть первого же попавшегося на глаза мужчину и представила его своим мужем. Мужчиной этим и оказался Сергей. Если он от такой прыти и опешил, то вида не подал. В голове мгновенно созрел план, как выполнить задачу, при этом ведя себя как можно естественнее, – удача сама плыла в руки. Ещё секунду назад он прокручивал разные комбинации, как создать конфликт с подозреваемым, а тут всё само сложилось как нельзя лучше. Изображать раздражённого мужа труда ему не составило. Драка завязалась быстро, а сотрудники Сергея, рассаженные по всему заведению, умело подключились. Когда приехала вызванная полиция и увезла всех, никому и в голову не могло прийти, что проведённая разведкой операция прошла даже лучше, чем планировалось. Сергею тогда вручили внеочередное звание. А он всё никак не мог забыть девушку, так нахально назвавшую его своим мужем. Ленка очень удивилась, когда на пороге кафедры возник мужчина в форме. Лицо она это где-то видела, форму – нет… Словом, через пару месяцев она стала женой уже подполковника разведслужбы…

Она смотрела в окно.Платформы сменяли одна другую, пригорки, знакомые перелески… Бросив рассеянный взгляд на пассажиров, она увидела, что на другом конце вагона возникла её вчерашняя старушка. Она шла бодрым шагом из предыдущего вагона, цепким взглядом осматривая окружающих. Ленка испугалась. Она вдруг отчётливо поняла, что странная бабушка здесь по её душу.

Не понимая, что всё это значит, и приписывая необъяснимое поведение старушки вчерашнему полнолунию, она стремительно сгребла свои вещи и побежала к другому выходу из вагона. Скоро станция – она выскочит. Но внимательный взгляд её уже заметил, и бабуля тоже ускорила шаг. Тогда Ленка решила переходить из вагона в вагон, пока поезд был ещё в движении. Странная эта погоня длилась ещё пару минут. Поезд остановился. Ленка знала: на этой платформе он стоит всего лишь полминуты – тут вообще редко кто выходит. Рассчитав правильно, она выскочила за секунду до закрытия двери. Бабушка же успела лишь схватить её сумку. Двери крепко прижались, поезд тронулся, и Лена была вынуждена отпустить. Хоть она и спаслась бегством, неизвестно зачем и непонятно от кого, но планшет ей было жаль. Стоил он копейки, но это сейчас было её единственным средством существования. К тому же привычка зарисовывать всё и всюду стала практически навязчивым состоянием. Сергей шутил, что, будь у неё возможность, свой планшет она бы брала с собой в душ, чтобы зарисовать историю каждой капли, стекающей по стеклянной двери душевой кабины. Отчасти он был прав… А бабуля тем временем вновь сгорбилась и с сожалением показывала на зажатую сумку молодому мужчине. Он тоже не успел выйти на платформе. Помешала ему это сделать суета, организованная всё той же странной старушкой. Он посмотрел недобро и в её сторону, и на платформу, на которой осталась молодая женщина. Потом ушёл из тамбура и начал кому-то звонить. Набрала номер и бабуля, вновь распрямив уставшую горбиться спину. Ловким и быстрым движением нащупала она в болтающейся в дверях сумке маленький чёрный предмет и незаметно убрала его в свой карман.

Встреча с тестем прошла тепло, как и ожидалось. Андрея Николаевича настораживало лишь то, что лес наводнён чужими.

– Твои там, по повадкам, по оперению, Серёга, ищут кого-то… Живность всю разогнали. Я там, как ты просил, и овёс высадил, и медведя зря не пугал… А теперь и не знаю, получится ли охота…
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск