Текст книги

Генрик Ибсен
Кукольный дом


Анна-Мария. Пришлось; как же было иначе, коли я поступила кормилицей к малютке Норе?

Нора. Но как же ты захотела пойти в кормилицы?

Анна-Мария. На такое-то хорошее место? Бедной девушке в такой беде радоваться надо было. Тот дурной человек ведь так-таки ничем и не помог мне.

Нора. Но твоя дочь, верно, забыла тебя?

Анна-Мария. Ну зачем же? Писала мне, и когда конфирмовалась и когда замуж выходила.

Нора (обвивая ее шею руками). Старушка моя, ты была мне хорошей матерью, когда я была маленькой.

Анна-Мария. У бедняжечки Норы не было ведь другой, кроме меня.

Нора. И не будь у моих малюток другой, я знаю, ты бы… Вздор, вздор, вздор! (Открывает картонку.) Пойди к ним. Мне теперь надо… Завтра увидишь, какой я буду красавицей.

Анна-Мария. Верно, на всем балу никого краше не будет. (Уходит налево.)

Нора (принимается опоражнивать картонку, но скоро бросает все). Ах, только бы решиться выйти. Только бы никто не зашел. Только бы тут не случилось без меня ничего. Глупости. Никто не придет. Только не думать. Не думать об этом… Надо почистить муфту. Чудные перчатки, дивные перчатки… Не надо думать, не надо! Раз, два, три, четыре, пять, шесть… (Вскрикивает.) А! Идут! (Хочет кинуться к дверям, но останавливается в нерешительности.)

Из передней входит фру Линне, уже без верхнего платья.

Ах, это ты, Кристина!

И больше там никого нет? Как хорошо, что ты пришла.

Фру Линне. Мне сказали, ты заходила ко мне, спрашивала меня.

Нора. Да, я как раз проходила мимо. Мне так нужна твоя помощь. Сядем сюда, на диван. Видишь, завтра вечером у верхних жильцов, у консула Стенборга, костюмированный вечер, и Торвальд хочет, чтобы я была неаполитанской рыбачкой и сплясала тарантеллу. Я выучилась на Капри.

Фру Линне. Вот что? Так ты дашь целое представление?

Нора. Торвальд говорит, что надо. Так вот костюм. Торвальд заказал его мне еще там. Но теперь все пооборвалось, и я просто не знаю…

Фру Линне. Ну, это мы живо поправим. Только отделка местами пооторвалась немножко. Иголки, нитки? А, тут все, что нужно.

Нора. Как это мило с твоей стороны.

Фру Линне (шьет). Так ты завтра будешь костюмироваться, Нора? Знаешь, я зайду на минутку взглянуть на тебя разодетой. Но я совсем позабыла поблагодарить тебя за вчерашний приятный вечер.

Нора (встает и ходит по комнате). Ну, вчера, по-моему, было вовсе не так мило, как обычно. Тебе бы приехать к нам в город пораньше, Кристина. Да, Торвальд большой мастер устраивать все изящно и красиво.

Фру Линне. И ты не меньше, я думаю. Недаром ты дочь своего отца. Но скажи, доктор Ранк всегда такой пришибленный, как вчера?

Нора. Нет, вчера он как-то особенно… Впрочем, он ведь страдает очень серьезной болезнью. У бедняги сухотка спинного мозга. Надо тебе сказать, отец у него был отвратительный человек, держал любовниц и все такое. Вот сын и уродился таким хворым, понимаешь?

Фру Линне (опуская работу на колени). Но, милочка Нора, откуда ты набралась таких познаний?

Нора (прохаживаясь по комнате). Э!.. Раз у тебя трое детей, значит, тебя иногда навещают такие… такие дамы, которые кое-что смыслят и в медицине. Ну, иной раз и расскажут кое о чем.

Фру Линне снова шьет; короткая пауза.

Фру Линне. Доктор Ранк каждый день бывает у вас?

Нора. Каждый божий день. Он ведь лучший друг Торвальда с юных лет и мой хороший друг. Он совсем как свой у нас.

Фру Линне. Но скажи ты мне: он человек вполне прямой? То есть не из таких, которые любят говорить людям приятные вещи?

Нора. Напротив. С чего ты это взяла?

Фру Линне. Вчера, когда ты нас познакомила, он уверял, что часто слышал мое имя здесь в доме. А потом я заметила, что муж твой не имел даже понятия обо мне. Как же мог доктор Ранк?..

Нора. Да, это совершенно верно, Кристина. Торвальд так безгранично меня любит, что не хочет ни с кем делиться мною… как он говорит. В первое время он прямо-таки ревновал меня, стоило мне только заговорить о своих милых близких, о родных местах. Ну, я, понятно, и перестала. Но с доктором Ранком я часто разговариваю обо всем таком. Он, видишь ли, любит слушать.

Фру Линне. Послушай, Нора, ты во многом еще ребенок. Я постарше тебя, поопытнее. И вот что я тебе скажу: тебе бы надо постараться выпутаться из этой истории – с доктором Ранком.

Нора. Из какой такой истории мне надо постараться выпутаться?

Фру Линне. Из всех этих историй вообще. Вчера ты тут болтала что-то о богатом поклоннике, который завещает тебе деньги.

Нора. Да, только нет такого, к сожалению! Ну, и что же?

Фру Линне. Доктор Ранк человек состоятельный?

Нора. Да, состоятельный.

Фру Линне. И у него нет никого, о ком бы он должен был заботиться?

Нора. Никого. Но…

Фру Линне. И он каждый день бывает здесь в доме?

Нора. Ну да, ты же это уже слышала.

Фру Линне. Как же это воспитанный человек может быть настолько неделикатен?

Нора. Я тебя положительно не понимаю.

Фру Линне. Не представляйся, Нора. Ты думаешь, я не догадываюсь, кто одолжил тебе те тысячу двести специй?

Нора. Да ты в уме? Как тебе в голову могло прийти? Наш друг, который ежедневно бывает у нас! Ведь это было бы невыносимо мучительное положение!

Фру Линне. Значит, не он?

Нора. Уверяю же тебя. Мне и на ум прийти не могло ни на минуту!.. Да и где бы он тогда взял денег раздавать взаймы? Он получил наследство уже позже.

Фру Линне. Ну, это, пожалуй, счастье твое, дорогая Нора.

Нора. Нет, мне бы и в голову никогда не пришло просить у доктора Ранка… Впрочем, я вполне уверена, попроси я только у него…