Текст книги

Генрик Ибсен
Кукольный дом


Нора. И это было невозможно. От этой поездки зависело спасение моего мужа. Не могла я отказаться от нее.

Крогстад. Но вы не подумали, что таким образом обманываете меня?..

Нора. На это мне решительно нечего было обращать внимания. Я и думать о вас не хотела. Терпеть вас не могла за все ваши бессердечные придирки, которые вы делали, хотя и знали, в какой опасности мой муж.

Крогстад. Фру Хельмер, вы, очевидно, не представляете себе ясно, в чем вы, в сущности, виноваты. Но я могу сказать вам вот что: то, в чем я попался и что сгубило все мое общественное положение, было ничуть не хуже, не страшнее этого.

Нора. Вы? Вы хотите уверить меня, будто вы могли отважиться на что-нибудь такое, чтобы спасти жизнь вашей жены?

Крогстад. Законы не справляются с побуждениями.

Нора. Так плохие, значит, это законы.

Крогстад. Плохие или нет, но если я представлю эту бумагу в суд, вас осудят по законам.

Нора. Ни за что не поверю. Чтобы дочь не имела права избавить умирающего старика отца от тревог и огорчения? Чтобы жена не имела права спасти жизнь своему мужу? Я не знаю точно законов, но уверена, что где-нибудь в них да должно быть это разрешено. А вы, юрист, не знаете этого! Вы, верно, плохой законник, господин Крогстад!

Крогстад. Пусть так. Но в делах… в таких, какие завязались у нас с вами, вы, конечно, допускаете, что я кое-что смыслю? Так вот. Делайте, что хотите. Но вот что я говорю вам: если меня вышвырнут еще раз, вы составите мне компанию. (Кланяется и уходит через переднюю.)

Нора (после минутного раздумья, закидывая голову). Э, что там! Запугать меня хотел! Не так-то я проста. (Принимается прибирать детские вещи, но скоро бросает.) Но… Нет, этого все-таки не может быть! Я же сделала это из любви.

Дети (в дверях налево). Мама, чужой дядя вышел из ворот.

Нора. Да, да, знаю. Только никому не говорите о чужом дяде. Слышите? Даже папе!

Дети. Да, да, мама, но ты поиграешь с нами еще?

Нора. Нет, нет, не сейчас.

Дети. Ах, мама, ты же обещала!

Нора. Да, но мне нельзя теперь. Подите к себе, у меня столько дел. Подите, подите, мои дорогие детки! (Ласково выпроваживает их из комнаты и затворяет за ними дверь. Потом садится на диван, берется за вышиванье, но, сделав несколько стежков, останавливается.) Нет! (Бросает работу, встает, идет к дверям в переднюю и зовет.) Элене! Давай сюда елку! (Идет к столу налево и открывает ящик стола, снова останавливается.) Нет, это же прямо немыслимо!

Служанка (с елкой). Куда поставить, барыня?

Нора. Туда. Посредине комнаты.

Служанка. Еще что-нибудь подать?

Нора. Нет, спасибо, у меня все под рукой.

Служанка, поставив елку, уходит.

(Принимаясь украшать елку.) Сюда вот свечки, сюда цветы… Отвратительный человек… Вздор, вздор, вздор! Ничего такого не может быть! Елка будет восхитительная. Я все сделаю, как ты любишь, Торвальд… Буду петь тебе, танцевать…

Из передней входит Хельмер с кипой бумаг под мышкой.

Ах! Уже вернулся?

Хельмер. Да. Заходил кто-нибудь?

Нора. Заходил?.. Нет.

Хельмер. Странно. Я видел, как Крогстад вышел из ворот.

Нора. Да?.. Ах да, правда, Крогстад, он заходил сюда на минуту.

Хельмер. Нора, я по твоему лицу вижу, он приходил просить, чтобы ты замолвила за него слово.

Нора. Да.

Хельмер. И вдобавок, как бы сама от себя? Скрыв от меня, что он был здесь? Не просил ли он и об этом?

Нора. Да, Торвальд, но…

Хельмер. Нора, Нора, и ты могла пойти на это? Сговариваться с таким человеком, обещать ему что-нибудь! Да еще вдобавок говорить мне неправду!

Нора. Неправду?

Хельмер. Ты разве не сказала, что никто не заходил? (Грозя пальцем.) Чтобы этого не было больше, певунья-пташка. У певчей пташки горлышко должно быть всегда чисто, ни единого фальшивого звука! (Обнимает ее за талию.) Не так ли? Да, я так и знал. (Выпускает ее.) Ах, как у нас тепло, уютно. (Перелистывает бумаги.)

Нора (занятая украшением елки, после короткой паузы). Торвальд!

Хельмер. Что?

Нора. Я ужасно рада, что послезавтра костюмированный вечер у Стенборгов.

Хельмер. А мне ужасно любопытно, чем-то ты удивишь на этот раз.

Нора. Ах, эта глупая затея!

Хельмер. Ну?

Нора. Я никак не могу придумать ничего подходящего. Все у меня выходит как-то глупо, бессодержательно.

Хельмер. Неужели малютка Нора пришла к такому заключению?

Нора (заходя сзади и опираясь локтями о спинку его кресла). Ты очень занят, Торвальд?

Хельмер. Гм!

Нора. Что это за бумаги?

Хельмер. Банковские дела.

Нора. Уже?

Хельмер. Я добился от прежнего правления полномочий на необходимые изменения в личном составе служащих и в плане работ. На это и уйдет у меня рождественская неделя. Хочу, чтобы к Новому году все уже было налажено.