Джон Парк Дэвис
Город жажды

Маррилл склонилась над ними. На первой из пластин было написано: Куплеты Пьяного Паштета. Под этими словами виднелся портрет приземистого мужчины с торчащим подбородком и огромным носом. В свете свечей металл блестел, словно на него разлили масло.

– Круто! – сказал рядом с ней Фин. – Что это?

Ардент выпрямился.

– Это, мой молодой как бы друг, одна из самых древних историй, какие только встречались мне на Реке. Ей, по крайней мере, семь тысяч лет, судя по стилю гравюры и запаху волшебства, всё ещё сохраняющемуся в трещинах портрета.

Маррилл покосилась на нацарапанные в углу пластины цифры.

– На ней к тому же стоит дата, – заметила она.

– Увы, в высшей степени ненадёжная, – фыркнул Ардент. – Но да, это тоже подсказка. – Он махнул руками над пластинами, и они послушно расположились аккуратным рядком на столе. Склонившись над ними, Маррилл прочла вслух слова:

Куплеты Пьяного Паштета

О, ПЬЯНЫЙ ПАШТЕТ, ГДЕ ТЫ БЫЛ-ПАБЫВАЛ!
Я БЫЛ ТАМ, ГДЕ ИЗГИП ВАДЫ ПАВИДАЛ
О, ПЬЯНЫЙ ПАШТЕТ, ГДЕ ТЫ БЫЛ-ПАБЫВАЛ?
Я БЫЛ ТАМ, ГДЕ Я АРХ-И-ПЕЛЛ – АХ ПАВИДАЛ
О, ПЬЯНЫЙ ПАШТЕТ, ЧТО ЖЕ ТЫ ПАВИДАЛ?
ПАВИДАЛ Я ГОРАД С ВЫСОКОЙ СТЕНОЙ
ГДЕ ПРАВИТ КАРОЛЬ, И ПЕСОК, И СОЛЬ,
Я ВИДЕЛ, КАК ПАЛЗУТ И КРАДУЦЦА ОНИ,
И МНЕ СТРАШНО, ЧТО БЛИЗОК
ЖЕЛЕЗНЫЙ ПРИЛИВ
О, ПЬЯНЫЙ ПАШТЕТ, ТЫ ОТМЕННЫЙ НА ВКУС
НО СЛИШКОМ ТЫ ПЬЯНЫЙ И МЕЛИШ ЧУШ!

– Ха, – сказал Фин.

– Ха, – согласилась Маррилл.

Да, в куплетах упоминался Железный Прилив. Но они казались полной ерундой. Ардент сложил на груди руки и многозначительно кивнул.

– Верно. Просто удивительно. Я уверен, что вы уловили смысл.

Маррилл задумалась.

– Древние люди не знали правил правописания? – предположила она.

Ардент пренебрежительно взмахнул руками – и пластины вновь собрались в аккуратную стопку.

– Да, что ж… Просто представь большую картину, – сказал он. – Видишь ли, наш друг, Пьяный Паштет, возможно, был первым, но я собрал сотни подобных историй, созданных в разные времена, в разных местах и самыми разными людьми. И все они в принципе об одном и том же.

Фин кивнул.

– Когда-то я слышал что-то похожее на Пристани Клучанед. Один моряк заблудился на Реке. Он пропал, затем вернулся, но был не в себе и болтал о каких-то безумных местах и тому подобном.

– Верно, – сказал Ардент. – Именно поэтому до недавнего времени смысл ускользал от меня. «Бред, который несут пьяницы и сумасшедшие», как сказал бы Колл. Но у всех этих историй есть несколько важных общих черт.

– Железный Прилив? – попробовала угадать Маррилл.

Ардент кивнул.

– Он самый. В историях, отделённых друг от друга столетиями, даже тысячелетиями, есть три повторяющихся мотива: город на стене, Король Соли и Песка и бегство от Железного Прилива. Очень часто Прилив как будто преследует рассказчика по пятам! И никто не осмеливается вернуться туда, где видел Железный Прилив, опасаясь, что тот уничтожит его.

– Теперь даже мне скучные старые легенды кажутся увлекательными, – признался Фин. – Но как мы узнаем, что всё это правда? Ведь никто никогда не видел этот самый Железный Прилив, верно?

Ардент покивал головой.

– Верно. И всё же все пропавшие и вернувшиеся потом моряки дружно утверждают, насколько я знаю, что Железный Прилив грядёт когда-нибудь в будущем. – Он сложил пальцы домиком и со всей серьёзностью посмотрел на Маррилл, словно это она задала вопрос, а не Фин. – Что приводит меня к выводу, что Железный Прилив – это что-то вроде пророчества, которое ещё не исполнилось. И если Река вновь коснулась твоего мира и Карта предупредила тебя о Приливе, что ж, похоже, это подтверждает мою правоту.

– Что-то подсказывает мне, что Железный Прилив вряд ли может быть чем-то действительно крутым вроде флотилии зефирок, плывущих по реке из взбитых сливок… – проговорила Маррилл.

– Если честно, никто точно не знает, что это такое, – ответил Ардент. – Но рядом с ним часто упоминают слово «гибель».

Маррилл испуганно ахнула и посмотрела на портрет Пьяного Паштета. Выгравированный на блестящей пластине крупный нос нависал над внушительным подбородком. Он как будто навсегда был заперт в металле. Её взгляд привлёк мелкий шрифт внизу, поначалу она даже не заметила эти строчки:

Бойтесь люди во все времена

Ведь ПРИЛИВ грядёт

но я не знаю когда.

Маррилл вздрогнула. Ей стало страшно.

– Да, – серьёзным тоном продолжил Ардент, – каким бы ни был этот Железный Прилив, он почти наверняка принесёт гибель Пиратской Реке… и уничтожит всё на своём пути. – Он задумчиво посмотрел вдаль. – Итак, – сказал он и хлопнул в ладоши, – есть желающие отправиться на его поиски?

Глава 6. Потерянный Ключ найден

Фин вслед за Маррилл и Ардентом вышел на главную палубу и заморгал от яркого солнца. «Кракен» снова скользил по золотистому морю. По воде плыли большие пушистые шары пены – единственный след их прогулки сквозь облака. Дул солёный ветер, приносивший с собой покалывание магии и запах малины.

– Снимите меня! – раздался голос откуда-то сверху. Фин поднял голову и увидел белокурую девушку с конским хвостиком. Зацепившись пяткой за рею, она с несчастным лицом свисала с мачты. – Маррилл, скажи этому придурку, чтобы он меня снял!

Вышеназванный придурок стоял у штурвала «Кракена», ловко управляя скользящим по волнам кораблём.

– Про пиратов можете забыть, – пояснил Колл, когда они подошли ближе. – Они предпочли отказаться от нападения, лишь бы избавиться от неё. – Он ткнул пальцем в висящую на мачте девушку.

Фин не смог удержаться от смеха. А вот Маррилл, похоже, была недовольна.

И всё же он мог поклясться, что в уголках её рта играла улыбка.

– Уважаемый Тросокостный Человек, не могли бы вы снять с реи мою няню? – вежливо попросила она. – Реми – моя подруга.

Тотчас заскрежетал шкив, и верёвка, державшая девушку, осторожно опустилась. Фина пронзила странная вспышка ревности. Это надо же! Живой такелаж и в самом деле слушался Маррилл! Это чувство застало Фина врасплох. Хотя он и мечтал о том, чтобы его помнили, раньше он никогда не ощущал такой ревности.

Опять же, в последний раз, когда они все были вместе, Маррилл была с командой дольше, чем он. Теперь же он был с «Кракеном» гораздо дольше, чем она. Как же обидно и несправедливо, что после всего этого долгого времени его по-прежнему мгновенно забывают, а её отлично помнят!

Как только пальцы Реми коснулись палубы, она встала на четвереньки и бросилась к Коллу. К сожалению, верёвка всё ещё была крепко привязана к её лодыжке. Как назло, в этот момент корабль попал в вихрь нового течения, паруса наполнились ветром, и палуба резко качнулась. Реми налетела на Колла. Крепко обняв её одной рукой, он, чтобы не упасть, другой рукой схватился за штурвал.
this