Ларри Нивен
Мошка в зенице Господней

Пассажиры «Мак-Артура» вскоре пришли к выводу, что путешествие на военном космическом корабле сродни заключению в тюрьму. Команда продолжала текущий ремонт, занимаясь этим даже во время вахт, и пассажиры были вынуждены довольствоваться обществом друг друга. Здесь не было места развлечениям, которые могли предоставить комфортабельные лайнеры.

Это было очень скучно, и к тому времени, когда «Мак-Артур» был готов к своему последнему прыжку, пассажиры ждали прибытия на Новую Каледонию, как освобождения из тюрьмы.

НОВАЯ КАЛЕДОНИЯ. Звездная система за Угольным Мешком; главная звезда внесена в каталоги, как Мурчисон А. Ее спутник, Мурчисон Б, не относится к системе Новой Каледонии. Мурчисон А имеет шесть планет на пяти орбитах, с четырьмя внутренними планетами, относительно широким промежутком, заполненным обломками несформировавшейся планеты, и двумя внешними. Четыре внутренние планеты в порядке их удаления от звезды называются соответственно: Конхобар, Новая Ирландия, Новая Шотландия и Фомор. Звезду в системе планет называют Кал; Старина Кал или просто Солнце. Средние две планеты заселены. Обе они были картографированы учеными Первой Империи, пришедшей вслед за Джаспером Мурчисоном, который, будучи в родстве с Александром IV, убедил совет, что система Новой Каледонии – самое подходящее место для размещения Имперского Университета. Теперь известно, что Мурчисона интересовало главным образом наличие населенной планеты рядом с красным гигантом под названием Глаз Мурчисона и, когда его не удовлетворил климат Новой Ирландии, он потребовал заселить и Новую Шотландию.

Фомор – относительно небольшая планета почти без атмосферы, но с некоторыми интересными особенностями. На ней были обнаружены плесневые грибы, биологически родственные грибам, найденным в Трансугольном Секторе, и вопрос об их появлении на Фоморе породил бесконечные статьи в «Имперском ксенобиологическом журнале», поскольку никаких других жизненных форм на Новой Каледонии не было.

Две внешние планеты занимают одну и ту же орбиту и называются Дагна и Мидер в соответствии с кельтской системой мифологической номенклатуры. Дагна – это газовый гигант, и Империя содержит заправочные станции на двух лунах планеты, Ангусе и Бригите. Торговые суда предупреждаются, что Бригит – это военная база и не могут попасть туда без разрешения.

Мидер – холодный металлический шар, интенсивно разрабатываемый и доставляющий мучения космогонистам, поскольку способ его образования не укладывается ни в одну из двух главных теорий возникновения планет.

Новая Шотландия и Новая Ирландия – единственные населенные планеты системы – в момент открытия имели богатую атмосферу из водяных паров и метана, но не имели свободного кислорода. Большие количества биологических веществ превратили их в обитаемые миры, хотя это и обошлось недешево. К завершению проекта Мурчисон потерял свое влияние в Совете, но начальный капитал был так велик, что проект все-таки был выполнен. Менее чем через сто лет интенсивных работ купольные колонии превратились в открытые, что явилось одним из наиболее крупных достижений Первой Империи.

Оба мира потеряли часть населения во время Гражданских Войн, причем, Новая Ирландия присоединилась к силам восставших, тогда как Новая Шотландия сохранила верность правительству. После прекращения межзвездных путешествий в Трансугольном секторе Новая Шотландия продолжала борьбу, пока не была переоткрыта Второй Империей. Как следствие этого, Новая Шотландия является столицей Трансугольного Сектора.

«Мак-Артур» содрогнулся и вышел в нормальное пространство за орбитой Дагны. Еще некоторое время его экипаж сидел в своих гиперпространственных установках, преодолевая путаницу в головах, которая всегда сопровождала мгновенные перемещения.

Почему так получалось? Одно из направлений физики Имперского Университета на Сигизмунде утверждало, что гиперпространственный переход требует не нулевого, а неограниченного времени, и именно это вызывает характерную путаницу в мозгах людей и логических цепях компьютеров. Другие теории утверждали, что Прыжок ведет к сжатию локального пространства, одинаково воздействуя на нервы и элементы схемы компьютера; или что не все части корабля перемещаются одновременно; или что материя после перемещения изменяется на субатомном уровне. Что происходило на самом деле, не знал никто, но эффект имел место.

– Рулевой! – басом позвал Блейн. Глаза его медленно фокусировались на экранах мостика.

– Слушаю, сэр, – голос звучал как-то оцепенело и непонимающе, словно человек говорил автоматически.

– Держи курс на Дагну.

– Есть, сэр.

В начальный период гиперпространственных путешествий корабельные компьютеры пытались начать ускорение сразу после перехода, и долгое время никто не знал, что компьютеры испытывают большее расстройство, чем даже люди. Сейчас всю автоматику на время перехода отключали. На экранах Блейна вспыхнул свет, когда кто-то из экипажа медленно активировал компьютер «Мак-Артура» и проверил его системы.

– Мы сядем на Бригит, мистер Реннер, – продолжал Блейн, – так что держите соответствующую скорость. Мистер Стели, вы будете ассистировать парусному мастеру.

– Да, сэр.

Мостик постепенно оживал. Члены экипажа приходили в себя и возвращались к своим делам. Когда началось ускорение и вернулась сила тяжести, стюарды принесли кофе. Люди покидали гиперпространственные установки, возвращаясь к обязанностям патрульных, пока искусственные глаза «Мак-Артура» изучали пространство в поисках врагов. На пульте один за другим вспыхивали зеленые огоньки по мере того, как посты докладывали о нормальном переходе.

Потягивая свой кофе, Блейн удовлетворенно кивал. Все было, как всегда, и после сотен переходов он до сих пор чувствовал это. Впрочем, было что-то принципиально плохое в мгновенном перемещении, что-то, грубо нарушавшее чувства, такое, что не мог воспринять разум. Но привычки, приобретенные на службе, помогали людям пройти через это: они глубоко укоренялись на более основательном уровне, чем интеллектуальные функции.

– Мистер Уайтбрид, передайте привет старшему йомену сигнальщиков и отправьте донесение в Штаб Квартиру Флота на Новой Шотландии. Узнайте у Стели наш курс и скорость и сообщите на заправочную станцию на Бригите, что мы на подходе. Да, и информируйте их о нашем конечном пункте.

– Слушаюсь, сэр. Сообщение через десять минут?

– Да.

Уайтбрид выбрался из своего кресла, стоявшего за спиной капитана и, пошатываясь, как пьяный, двинулся в рулевую рубку.

– Через десять минут мне понадобится вся мощность двигателей, Хорст, – сказал он. – Нужно послать сообщение, – по дороге с мостика он быстро пришел в себя, и это было единственной причиной, по которой в командах кораблей держали молодых парней.

– ВНИМАНИЕ ВСЕМ, – объявил Стели, и звук разнесся по всему кораблю. – ВНИМАНИЕ ВСЕМ. КОНЕЦ УСКОРЕНИЯ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ МИНУТ. НЕБОЛЬШОЙ ПЕРИОД СВОБОДНОГО ПАДЕНИЯ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ МИНУТ.

– Но почему? – услышал вдруг Блейн. Он оглянулся и у входа на мостик увидел Сэлли Фаулер. Его приглашение пассажирам прийти на мостик, когда не будет опасности, сработало отлично: Бари едва ли воспользуется им. – Зачем свободное падение так скоро? – спросила она.

– Нам нужна энергия, чтобы послать сообщение, – ответил Блейн. – На таком расстоянии нужно израсходовать значительную часть мощности двигателей, чтобы сформировать луч мазера. Если необходимо, мы можем и перегрузить двигатели, но сейчас такой необходимости нет.

– Ох! – она села в освобожденное Уайтбридом кресло. Род повернулся на своем кресле, чтобы быть к ней лицом, думая при этом, что пора кому-нибудь придумать свободную одежду для девушек, которая не закрывала бы так плотно их ноги, или чтобы в моду снова вошли короткие шорты. Нынешние юбки опускались до самых икр, и провинция копировала моду столицы. Для космических же кораблей модельеры разработали панталоны, достаточно удобные, но несколько мешковатые…

– Когда мы прибудем на Новую Шотландию? – спросила она.

– Это зависит от того, насколько мы задержимся на Дагне. Синклер хочет сделать кое-какие внешние работы, пока мы находимся на темной стороне, – он вынул из кармана компьютер и стал быстро писать прикрепленной к нему иглой. – Смотрите, мы находимся примерно в полутора миллиардах километров от Новой Шотландии – это около двухсот часов полета плюс то время, которое мы проведем на Дагне. И, конечно, время, чтобы добраться до Дагны. Это не так далеко, всего около двадцати часов.

– Значит, еще по меньшей мере две недели, – сказала она. – А я-то думала, что едва мы окажемся здесь… – она оборвала себя и засмеялась. – Это глупо. Почему нельзя изобрести что-то такое, что позволило бы вам прыгать в пространстве между планетами? Ведь это же нелепо, что, мгновенно преодолев пять световых лет, мы теряем недели, чтобы добраться до Новой Шотландии.

– Вам уже надоело у нас? Да, это действительно парадокс. Прыжки занимают незначительную часть нашего водорода.. У нас на борту не так много горючего, чтобы идти напрямую, но его вполне достаточно для Прыжка. У нас достаточно энергии лишь чтобы уйти в гиперпространство.

Сэлли получила от стюарда чашку кофе. Она уже привыкла к кофе Военного Флота, который не походил ни на что другое в Галактике.

– Значит, нам остается только смириться с этим? – сказала она.

– Боюсь, что да. У меня бывали полеты, когда быстрее было дойти до очередной точки Олдерсона, совершить прыжок, обойти по кругу новую систему и прыгнуть еще раз, а затем вернуться в начальную систему, чем идти через нее на солнечном парусе в обычном пространстве. Но этот случай не таков: все портит расположение звезд.

– Очень жаль, – она рассмеялась. – Что ж, мы увидим большую часть Вселенной за ту же плату, – она не сказала, что ей скучно, но Род знал, что это так, и ничего не мог с этим сделать. Он проводил с ней мало времени, и не было возможности встречаться чаще.

– ВНИМАНИЕ ВСЕМ, СОСТОЯНИЕ СВОБОДНОГО ПАДЕНИЯ, – раздалось из динамиков, и Сэлли едва успела пристегнуться к креслу.

Старший йомен сигнальщиков Люд Шаттук, искоса поглядывая в прицел, давал приборам точную настройку. Казалось невероятным, что с такими неловкими, узловатыми пальцами можно добиться таких отличных результатов. Телескоп, размещенный на корпусе «Мак-Артура», под руководством Шаттука обшаривал пространство, пока не нашел крошечную точку света. Еще небольшая настройка, и точка оказалась точно в центре. Шаттук удовлетворенно хмыкнул и коснулся выключателя. Антенна мазера подключилась к телескопу, пока корабельный компьютер решал, где должна находиться световая точка в момент отправки сообщения. Кодированное донесение унеслось вдаль, пока кормовые двигатели «Мак-Артура» превращали водород в гелий. Энергия, излучаемая антенной, модулировалась тонкой лентой в каюте Шаттука и неслась к Новой Шотландии.

Род в одиночестве обедал в своей каюте, когда пришел ответ. Дежурный йомен взглянул на заголовок и позвал Шаттука. Четыре минуты спустя гардемарин Уайтбрид постучал в дверь капитанской каюты.

– Да, – раздраженно отозвался Блейн.

– Сообщение от адмирала Кренстона, сэр.

Род раздраженно поднял взгляд. Он не хотел есть один, но кают-кампания пригласила Сэлли Фаулер, и, если бы туда явился Блейн, мог бы прийти и мистер Бари. И вот теперь даже этот жалкий обед был прерван.

– Это что, не может подождать?

– Срочное сообщение, сэр.

– Срочное сообщение для нас? – Блейн резко встал, забыв о протеиновом заливном. – Прочтите его мне, мистер Уайтбрид.

– Да, сэр. МАК-АРТУРУ ИМПФЛОТ НОВАЯ ШОТЛАНДИЯ ОС 8175…

– Можно пропустить кодовые данные, гардемарин. Полагаю, вы уже проверили их.

– Да, сэр. Дальше идет дата, код… НАЧАЛО СООБЩЕНИЯ ВЫ ДОЛЖНЫ СО ВСЕЙ ВОЗМОЖНОЙ СКОРОСТЬЮ ПОВТОРЯЮ СО ВСЕЙ ВОЗМОЖНОЙ СКОРОСТЬЮ ДВИГАТЬСЯ К БРИГИТ ДЛЯ ДОЗАПРАВКИ С ОЧЕРЕДНОСТЬЮ 2А1 ТОЧКА ДОЗАПРАВКУ ПРОВЕСТИ В КРАТЧАЙШИЙ СРОК АБЗАЦ

ЗАТЕМ ВАМ НАДЛЕЖИТ ОТПРАВИТЬСЯ… сэр, тут даются координаты точек в системе Новой Каледонии… ИЛИ ПО ЛЮБОМУ ДРУГОМУ МАРШРУТУ ПО ВАШЕМУ ВЫБОРУ ПЕРЕХВАТИТЬ И ИЗУЧИТЬ ТАИНСТВЕННЫЙ ОБЪЕКТ ВТОРГШИЙСЯ В СИСТЕМУ НОВОЙ КАЛЕДОНИИ ИЗ ОБЫЧНОГО КОСМОСА ПОВТОРЯЮ ИЗ ОБЫЧНОГО КОСМОСА ТОЧКА ОБЪЕКТ ДВИЖЕТСЯ ВДОЛЬ ГАЛАКТИЧЕСКОГО ВЕКТОРА… они дают курс относительно главной оси Угольного Мешка, сэр… СО СКОРОСТЬЮ ОКОЛО СЕМИ ПРОЦЕНТОВ СКОРОСТИ СВЕТА ТОЧКА ОБЪЕКТ СПОСОБЕН РЕЗКО МЕНЯТЬ СКОРОСТЬ ТОЧКА АСТРОНОМЫ ИМПЕРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА УТВЕРЖДАЮТ ЧТО СПЕКТР ОБЪЕКТА ЯВЛЯЕТСЯ СПЕКТРОМ СОЛНЦА НОВОЙ КАЛЕДОНИИ ТОЧКА НАПРАШИВАЕТСЯ ОЧЕВИДНЫЙ ВЫВОД ЧТО ОБЪЕКТ ДВИЖЕТСЯ С СОЛНЕЧНЫМ ПАРУСОМ ТОЧКА АБЗАЦ

КРЕЙСЕР ЛЕРМОНТОВ НАПРАВЛЯЕТСЯ НА ПОМОЩЬ НО СМОЖЕТ РАЗВИТЬ НУЖНУЮ СКОРОСТЬ ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ СЕМЬДЕСЯТ ОДИН ЧАС ПОСЛЕ ДОСТИЖЕНИЯ ЕЕ МАК-АРТУРОМ ТОЧКА СОБЛЮДАТЬ ОСТОРОЖНОСТЬ ТОЧКА ВЫ ДОЛЖНЫ ОТНОСИТЬСЯ К ПРИШЕЛЬЦУ КАК К ВРАГУ ТОЧКА ПРИКАЗЫВАЮ ПРИМЕНИТЬ СРЕДСТВА ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ НО НЕ НАЧИНАТЬ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ ПОВТОРЯЮ НЕ НАЧИНАТЬ ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ ТОЧКА