Кира Стрельникова
Скажи мне «да»


И вовремя. Раздался голос Нерас, деловой и сухой – совсем не так говорят женщины, настроенные на любовные утехи. И не то, что услышала Триинэ…

– Я правильно поняла: лэрд Ингор заинтересовался моей сестрой?

– Вы наблюдательны, – не стал отрицать Рахерд. – Да, она ему понравилась.

Снежинка прикусила губу и нахмурилась. Какое дело Нерас до того, кому нравится Трин?

– Для вас имеет значение: выйду я за вас замуж или моя младшая сестра – за вашего друга? – продолжила собеседница Рахерда.

Невольная свидетельница разговора неслышно охнула, едва не ворвавшись в комнату с возмущенным воплем. Да как такое вообще могло прийти ей в голову?! У Трин уже есть жених, это раз, а второе – никакой другой мужчина не сможет прикоснуться к хранительнице магии Льда, это же всем известно! Даже инициированный Огненный! Лишь тот, чей знак отозвался на Снежинку, и больше никто… Какое право имеет Нерас предлагать такое Рахерду?!

– Он же инициированный, я правильно понимаю? – Голос молодой леди Оннорд оставался холодным.

– Да, у Ингора есть жена, – подтвердил ил Лэйр и с нотками интереса спросил: – А почему вы спрашиваете, леди? Я неприятен вам в качестве мужа? Я не собираюсь обижать вас только потому, что между нашими кланами не так давно существовала вражда…

– К вам нет претензий, лэрд, но, простите, я не горю желанием покидать этот замок, – перебила его Нерас. – У меня предложение. Пусть ваш маг забирает Трин и делает своей женой. И условия мира будут соблюдены, она – Рефферд, он – Лэйр, и вы останетесь довольны.

Снежинка застыла, чувствуя, как внутри опять поднимается вьюга. Да как она… Во рту почувствовалась едкая горечь, а глаза жгли злые слезы. Да, между ними особой любви никогда не было, но вот так?!

– Занятно, конечно, леди, но, едва обнаружат пропажу вашей младшей сестры и Ингора, за ними отправят погоню. Тогда мира не видать, – насмешливо отозвался Рахерд.

У Трин немного отлегло от сердца – а этот ил Лэйр сообразительный, не стал сразу соглашаться. И, скорее всего, не согласится: лучше уж не слишком любимая жена, чем ссора с одним из главных родов клана Рефферд.

– И потом, у нее есть Огненный, насколько я понял.

Смех Нерас, мурлыкающий, неприятный, Триинэ совсем не понравился.

– Да, есть, но она пока только его невеста. Ей скоро будет восемнадцать. А невеста еще не значит жена…

Снежинка отстраненно посмотрела на упавшие на каменный пол хлопья – Лед опять норовил выйти на защиту. Усилием воли Трин усмирила вьюгу в душе, и холод нехотя отступил. Как бы ни было гадко и горько, разговор следовало дослушать до конца.

– Она девственница, и Лед не позволит никакому другому мужчине прикоснуться к ней, – напомнил Рахерд прописную истину. – Вы забыли, леди Оннорд?

– Ну-у-у, неужели лэрд Ингор настолько неопытен, что не сможет соблазнить мою маленькую наивную сестренку? – От тона, каким это было сказано, Трин передернуло.

Да уж, кто бы знал, что Нерас окажется такой дрянью! «За что? – бился в голове девушки вопрос. – За что, Нери?!»

– В этом случае она уже не будет представлять для Огненного интереса, – вкрадчиво продолжила та, которую у Трин больше язык не поворачивался назвать сестрой. – И лэрду Ингору достаточно добраться до Храма Покровителя Эзора и там, перед алтарем, назвать ее своей женой.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Триинэ кусала кулак, сдерживая чувства. Потом, все потом. Сначала дослушать.

– Я уже понял, что по каким-то причинам вам очень не хочется уезжать отсюда и ваша сестра вам мешает, – наконец ответил Рахерд. – Только скажите, очаровательная леди, а какая мне выгода от этого рискованного предприятия?

Ответ последовал незамедлительно, и, услышав его, Трин поняла, что надо идти к отцу. И не важно, что, кроме нее, свидетелей нет.

– Вы получите семена гвинерии.

Секрет рода, который тщательно охраняли, и не только рода. Гвинерия – залог процветания всего клана, с добавлением порошка из этих семян к овечьей шерсти получался абор. А Нерас собиралась так просто отдать этот секрет вчерашнему врагу и конкуренту… Чем же Трин так сильно мешала ей?!

Снежинка медленно выпрямилась, с трудом веря только что услышанному. В памяти вдруг всплыла картинка, как Нерас откровенно строит глазки Нелю… Неужели из-за того, что ей приглянулся рыжий маг, сестра готова продать родной клан и сестру в придачу?! Но ведь Нелиам даже не смотрел в ее сторону, ему не нравилось внимание сестры – Трин помнила нахмуренные брови жениха. И как, интересно, Нери себе представляет, что этот противный Ингор соблазнит Снежинку всего за одну ночь? Не дожидаясь ответа Рахерда – конечно, он согласится, ведь это давняя мечта Лэйров, заполучить хотя бы одну щепоть драгоценных семян! – самая младшая леди Оннорд поспешила к кабинету отца. Триинэ надеялась, что Гейбран уже освободился и с ним можно поговорить. Захваченная эмоциями, она даже не подумала, что отец может не поверить…

Однако дверь в кабинет оставалась закрытой, из-за нее доносились приглушенные голоса. Кусая губы, Трин сначала ходила по коридору, потом подумала, что тут ее могут заметить, может случайно узнать Нерас и заподозрить что-нибудь. Просто ждать в комнате – страшно, а вдруг этот Огненный сразу начнет действовать?! Лед, конечно, защитит от его приставаний, но… Нери так уверенно говорила про опытных мужчин… А Трин, кроме поцелуев и смутного представления, что происходит между мужчиной и женщиной в спальне, об этой стороне жизни ничего не знала. Мать не торопилась посвящать младшую дочь и обещала рассказать все в день ее рождения и одновременно свадьбы. Поэтому идти к себе не стоит.

Снежинка отправилась на открытую галерею, откуда просматривались окна отцовского кабинета и сам лэрд Оннорд – вернее, его затылок и плечо. Здесь ее точно не найдут. Несмотря на теплое начало лета, на высоте третьего этажа дул прохладный ветерок, но Трин холода не боялась, холод всегда жил внутри нее. Она нетерпеливо ходила по галерее, поглядывая на окна кабинета, и едва дождалась, пока отец не встал проводить гостей. Сорвавшись с места, девушка сбежала по ступенькам, преодолела несколько коридоров и остановилась перед деревянной дверью, обитой полосками железа. Триинэ несколько раз глубоко вздохнула и постучала. Получив позволение войти, Снежинка открыла дверь и переступила порог кабинета.

Ей нравилась эта комната, отделанная дубовыми резными панелями, в которой витали запахи кожи, воска и книг. Маленькой она любила сидеть на широком каменном подоконнике, на мягкой подушечке, и наблюдать, как отец работает. Он не возражал против присутствия младшей дочери.

– Трин? – Гейбран с некоторым удивлением посмотрел на неожиданную посетительницу. – Что-то случилось?

– Да. – Снежинка собралась с духом, помолчала, подбирая слова, и продолжила: – Папа, Нерас не хочет замуж за Рахерда.

Лэрд Оннорд пожал плечами.

– Это сейчас не хочет. Я понимаю, мы давно враждуем, но агоры Рефферд и Лэйр приняли решение. – Гейбран сдвинул кустистые темные брови. – Соглашение подписано, Трин, и что там хочет Нерас, меня не волнует. Ей давно пора замуж, а Рахерд – не самый худший вариант. Как-никак наследник клана Лэйр!

– Я слышала их разговор, Нери предложила Рахерду сделку. – Трин смотрела прямо на отца, не замечая, что в волнении сжимает кулаки так, что ногти впиваются в ладони. – Его маг женится на мне, а Лэйр получает семена гвинерии.

Рот лэрда Оннорда неприлично широко распахнулся, он с изумлением и недоверием уставился на младшую дочь.

– Трин, ты с ума сошла?! – наконец обрел он дар речи. – Да с чего бы Нери затевать такое?! И у этого Огненного жена уже есть, он инициированный! А у тебя жених! Нерас знает, что, кроме Нелиама, никто к тебе не сможет прикоснуться!

Трин упрямо вздернула подбородок.

– Отец, я говорю то, что слышала. Она хочет избавиться от меня и не хочет замуж за Рахерда, потому что ей Нель нравится! – выпалила девушка, с трудом сдержавшись и не топнув ногой. – И готова даже продать секрет рода за возможность стать его женой!

Гейбран не сдержался и фыркнул.

– Я, конечно, могу поверить в то, что Нери нравится Керстен, он мужчина видный, но не настолько же, Трин! Может, ты не так поняла?

– Позови ее и спроси сам! – выкрикнула чуть не плача Триинэ. – Она весь обед глазки строила Нелю, я видела!

– Так и сделаю, – невозмутимо кивнул лэрд Оннорд и взял со стола большой бронзовый колокольчик.

Явился слуга, получил приказание привести леди Нерас Оннорд. Пока дожидались, отец и дочь не разговаривали, в кабинете висела напряженная тишина. Гейбран расхаживал перед столом, Трин рассеянно теребила кружево на рукаве. Было обидно, что отец ей не верит, но с другой стороны – кому приятно услышать такое о родной дочери? «Я должна, должна его убедить! – мелькнула отчаянная мысль. – Иначе… да ирс с ней, с моей невинностью, семена же попадут в руки Лэйров!!»

Дверь открылась, и на пороге появилась Нерас. Трин оглянулась и поразилась кроткому и невинному виду, который напустила на себя сестра. Она и раньше не обладала ангельским характером, старшая и младшая дочери Гейбрана часто ссорились. В детстве из-за игрушек, внимания родителей, а позже, позврослев, Нерас постоянно норовила задеть сестру по пустякам. Правда, Трин не понимала причины неприязни Нери, хотя теперь, кажется, начала догадываться. Нелиам нир’Керстен, Огненный маг. Интересно, давно ли дражайшая сестричка обратила на него внимание, желчно подумала Трин, тайком разглядывая Нерас. Красавица. Тронутая легким загаром кожа, смоляные локоны, уложенные в сложную прическу, мягкий изгиб алых губ. Тонкая талия, высокая грудь – все как полагается. Нери была старше Снежинки на пять лет и, конечно, на фоне младшей выглядела ярко, притягательно, совсем взросло. Сердце обхватили колючие ладони ревности, и Триинэ мысленно одернула себя. Нель ее любит, свою Льдинку, и нечего думать о всяком. А у Нерас есть жених!

– Вы звали, отец? – спокойно спросила Нерас, даже не посмотрев в сторону сестры.

Гейбран хмуро оглядел старшую дочь.

– Нери, до меня дошли странные вести, – медленно произнес он. – И я хочу знать, правда ли это.

Та смело посмотрела ему в лицо, ни один мускул не дрогнул. Трин про себя восхитилась выдержке – она бы так не смогла.

– Ты обещала Рахерду ил Лэйру семена гвинерии в обмен на сестру для его мага? – негромко поинтересовался лэрд Оннорд, пристально глядя на Нерас.

Голубые, как сапфиры, глаза широко распахнулись, лицо старшей выразило такое удивление и недоумение, что, не услышь Трин злополучный разговор, поверила бы.