Йон Колфер
Артемис Фаул. Код Вечности

– А теперь послушай меня, гоблин. Вы абсолютно тупые твари, признай этот факт и давай перейдем к решению вопроса. Если вы продолжите метать шаровые молнии, крыша и борта машины расплавятся и устроят вам такой душ, который вы до скончания жизни не забудете. Возможно, вы огнеупорны, но долго ли вы протянете в ванне из расплавленного металла?

Гоблин задумался, облизывая лишенные век глаза.

– Ты все врешь, эльфийка! Очень скоро мы проделаем дыру в этой ржавой телеге, а потом разберемся с тобой!

Гоблины возобновили атаку. Борта фургона начали выгибаться и коробиться.

– Пожалуй, не стоит волноваться, – с безопасного расстояния окликнул ее Шкряб. – Огнетушители их мигом успокоят.

– Успокоили бы, – поправила Элфи. – Если бы не были замкнуты на основную систему питания, которая в данный момент не работает.

Каждый фургон, торгующий горячей пищей, должен был соответствовать строжайшим правилам пожарной безопасности, иначе его колесам не разрешили бы даже коснуться поверхности дороги. Именно поэтому в машине были установлены пенные огнетушители, способные всего за несколько секунд заполнить салон огнестойкой пеной. Одним из преимуществ этих огнетушителей являлась способность пены затвердевать при контакте с воздухом, одним из недостатков – питание от дорожной энергетической сети. Нет питания – нет пены.

Элфи достала из кобуры свой «Нейтрино-2000»:

– Придется включать огнетушители вручную.

Капитан Малой опустила забрало шлема и поднялась в кабину фургона. Даже притом что микроволокна полицейского комбинезона были предназначены поглощать избыточное тепло, она старалась двигаться как можно более осторожно. На микроволокна надейся, да сам не плошай.

Гоблины лежали на спинах и посылали молнию за молнией в металлическую крышу фургона.

– Так, ребята, а теперь закончили развлекаться! – приказала она, просовывая бластер сквозь решетку.

Трое гоблинов решили не обращать на нее внимания, но один, вероятно главарь, повернул чешуйчатую морду к решетке и воззрился на Элфи татуированными глазами. Подумать только, нанести татуировки на глазные яблоки! Если бы триада Б’ва Келл не была разгромлена, такое проявление крайней тупости наверняка гарантировало бы этому придурку продвижение по службе.

– Ты не сможешь убить нас всех, эльфийка, – прошипел гоблин, выпуская клубы дыма из пасти и узких ноздрей. – Кто-нибудь из нас успеет добраться до тебя.

Гоблин был абсолютно прав, хотя, наверное, сам этого не понимал. Элфи вдруг вспомнила, что во время чрезвычайного положения стрелять из бластеров строго-настрого запрещено – кто знает, быть может, именно сейчас вершки зондируют подземный мир на предмет странных вспышек энергии?

Увидев ее замешательство, гоблин возликовал.

– Значит, я прав! – завопил он и швырнул в решетку шаровую молнию.

В забрало шлема Элфи ударили искры. Крыша фургона, в которую непрерывно лупили огненные шары, угрожающе прогнулась. Еще пара-другая молний, и металл расплавится.

Элфи отстегнула от ремня дротик и вставила его в метательное устройство под главным стволом «Нейтрино». Это устройство приводилось в действие мощной пружиной, а потому не излучало при выстреле тепла, которое могли бы уловить вражеские датчики.

Морда гоблина изумленно вытянулась, но потом расплылась в широкой улыбке. Гоблины любили повеселиться, частенько забывая, что хорошо смеется тот, кто смеется последним.

– Дротик? Ты что, решила защекотать нас до смерти, маленькая эльфийка?

Элфи прицелилась в скобу над соплом пенного огнетушителя, прикрепленного к задней стенке фургона.

– Сейчас узнаешь, – сказала она, нажимая на курок.

Дротик пролетел над головой гоблина и попал точно в скобу, протянув тонкий трос через весь фургон.

– Так ты еще и косая! – обрадовался гоблин, показывая Элфи раздвоенный язык.

Только такая глупая тварь, как гоблин, могла надеяться одержать верх, оказавшись в плавящемся фургоне под прицелом офицера полиции.

– Я же сказала, сейчас все узнаешь! – рявкнула Элфи и дернула трос, срывая скобу огнетушителя.

Восемьсот килограммов огнестойкой пены вырвались наружу со скоростью более двухсот миль в час. Наверное, не стоит и говорить, что все шаровые молнии мигом погасли. Быстро твердеющая пена прижала гоблинов к полу, а их вожака так притиснуло к решетке, что Элфи могла даже прочесть татуировки на его глазных яблоках. «Низабуду» – гласила одна, «Мать радную» – завершала другая. С орфографией у гоблина были большие проблемы.

– Ой!.. – воскликнул гоблинский вожак скорее от удивления, чем от боли, но больше ничего сказать не успел: его пасть мигом забила пена.

– Не волнуйся, – успокоила его Элфи. – Пена пористая, так что дышать ты сможешь. К тому же она абсолютно огнестойкая. В общем, приятного аппетита.

Когда Элфи вылезла из кабины, Шкряб по-прежнему разглядывал свой сломанный ноготь. Сняв шлем, Элфи рукавом комбинезона стерла с забрала шлема черную сажу. Вообще-то, сажа не должна была прилипать к забралу – может, пора обновить покрытие?

– Все в порядке? – спросил Шкряб.

– Да, капрал. Все в порядке. Но только не твоими стараниями.

– Я прикрывал тебе спину, капитан, – тут же пояснил Шкряб, приняв обиженный вид. – А вдруг на нас напали бы сзади?

У Шкряба на все была готова отговорка. Но ничего, с ним можно разобраться и потом, а сейчас нужно как можно быстрее добраться до Полис-Плаза и выяснить, с чего бы это Совет решил закрыть город.

– Думаю, нам следует вернуться в штаб-квартиру, – предложил Шкряб. – Если на нас действительно напали вершки, парни из разведывательного отдела наверняка захотят побеседовать со мной. Ну, ты же знаешь, я один остался на ногах после того столкновения с Дворецки…

– Думаю, это мне следует вернуться в штаб-квартиру, – перебила его Элфи. – А ты подежуришь здесь и присмотришь за подозреваемыми, пока не включат питание. Справишься? Или этот твой сломанный ноготь полностью вывел тебя из строя?

Мокрые от пота рыжеватые волосы Элфи воинственно торчали во все стороны, а круглые карие глаза как будто подначивали: «Попробуй только возразить мне, капрал».

– Конечно, Элфи… капитан. Можешь на меня положиться. Все под контролем.

«Что-то я сомневаюсь», – подумала Элфи и побежала в сторону Полис-Плаза.

В городе царил хаос. Все жители вывалили на улицы и в полном изумлении таращились на застывшие машины и отключившиеся приборы. Для некоторых представителей волшебного народца (тех, что помоложе) отключение мобильных телефонов стало невосполнимой утратой. Они сидели на тротуарах и тихонько плакали.

Штаб-квартира полиции привлекала любопытных, как лампа – мотыльков. Это здание осталось одним из немногих освещенных домов в городе. Больницы и машины «скорой помощи» были оборудованы аварийными источниками питания, но из правительственных зданий снабжалась энергией только штаб-квартира Легиона.

Элфи с трудом пробилась сквозь толпу в вестибюль. Очередь, выстроившаяся в отдел по контактам с общественностью, спускалась по лестнице и даже выходила на улицу. Сегодня всех интересовал только один вопрос: что случилось с энергией?

Тот же самый вопрос был готов сорваться с губ Элфи, вбежавшей в комнату для оперативных совещаний, но капитан вовремя прикусила язык. В зале уже собрались все капитаны Легиона, также тут присутствовали трое майоров, отвечающих за три основных подразделения полиции, и все семеро членов городского Совета.

– А-а-а! – воскликнул председатель Совета Кахартес. – Вот и наша капитан Малой. Только вас и ждем.

– Я использовала гражданскую машину, не оборудованную аварийным питанием, поэтому… – начала объяснять Элфи.

Кахартес поправил форменную остроконечную шляпу:

– Сейчас не время для извинений, капитан. Господин Жеребкинс наотрез отказался начинать брифинг без вас.

Элфи заняла место за столом капитанов рядом с Трубой Келпом.

– Шкряб в порядке? – тихонько спросил он.