Олег Николаевич Борисов
Мистер Данбартоншир


Доброе дело мистера Данбартоншира

Мистер Данбартоншир стоял рядом с лужей и раздумывал. С раннего утра деревенский колдун собрался наведаться на почту, по этому поводу даже начистил парадные штиблеты. И теперь мерзкая лужа, оккупировавшая середину улицы, превратилась в непреодолимое препятствие. Можно было протоптать дорожку в росшей сбоку крапиве, но дипломированный специалист по черной магии считал ниже своего достоинства пользоваться столь низкопробными уловками. Можно было вызвать торнадо для осушения лужи, создать каменный мост через водную преграду или перенести почту поближе к родному дому. К сожалению, богатство вариантов тихо таяло под жарким солнцем, а колдун так и не мог принять окончательное решение.

– Данбартоншир Карлович! – радостно заорал Митрич, до выхода на пенсию работавший бессменным пастухом. Где-то в полях он и провел всю жизнь, не обзаведясь ни семьей, ни потомством. – Сосед, посмотри, что я на почте нашел!

– На почте? – заинтересовался колдун. – А на меня там ничего не видел? Газету или телеграмму какую?

– Не, тебе нет ничего, – покачал головой старик, размахивая листком бумаги с другого берега лужи. – Сегодня лишь мне письмо от внука пришло. Ты только послушай!

И, бережно расправив бумажку, Митрич громким голосом, с расстановкой, начал разбирать букву за буквой:

– «Дорогой ты мой дедушка, Лексей Леонидович! Пишу тебе письмо, поздравляю с наступающими праздниками и желаю тебе всего-всего от чистого сердца».

– Чего?! – поразился до глубины души мистер Данбартоншир. – Какой Леонидович? Или ты успел отчество поменять? И имя заодно?

– Скажешь тоже! – возмутился потомственный пастух. – Просто замотался внук, свету белого не видит, вот и ошибся маленько. Смотри, вот штемпель наш, письмо правильно дошло. И на обороте вон написано: «Дедушке»… Никто не признается, говорят, не им письмо. А я как умом пораскинул, так и понял, что это внук мой! Вон, не забыл, написал!

– Внук?! – От неожиданности колдун оступился и заляпал лакированные штиблеты со штанами по самые колени. – Шоб тебя, путаник, откуда у тебя внук?!

– Ну всякое в поле бывало, – потупился Митрич, но спохватился и вновь замахал бумажкой: – Ты не мешай, ты главное слушай!

Устроившись сбоку на травке, чтец продолжил:

– Так, дедушка… Леонидович… А! Вот! «…а вчерась была мне страшная выволочка. Хозяин мой приказал посчитать, сколько будет стоить дорогу построить от сарая воеводского до окраины. Получилось как у соседей, в пятнадцать раз дешевле, чем мы обычно строим. Как хозяин мою писанину увидел, так осерчал, все в кучу сгреб и в харю тыкал…»

Старик промокнул набежавшие слезы и трубно высморкался:

– Ишь ты, в харю тычут! Ты подумай! «…и работы с тех пор хлебной нет никакой! Все лишь на подхвате, бегом, впроголодь! А еще прихвостни хозяйские ходят, деньги за конуру на Тверской требуют да самоходную тележку отобрать грозятся… Сил моих больше нет, хоть последний «ролекс» закладывай…»

Колдун выбрался на берег, критически осмотрел вновь приобретенную бурую окраску и решил вернуться домой. Тем более что идти на почту смысла уже не было. Единственную весточку от неизвестного внука перехватил Митрич.

– Ладно, что он жалобится, я понял. Внуки, они завсегда так, все денег просят, и побольше.

– А вот и нет! – запальчиво возразил старик. – Мой не таков! Ты конец послушай! «…милый дедушка! Финансовым планом заклинаю, забери меня отседова! А то пропаду ни за грош…»

– Забрать? Это что-то новое, – удивился мистер Данбартоншир. – Обычно, наоборот, назад ехать не хотят.

– А ты как думал! Жизнь-то у него чисто собачья. В конуре обитает да на телеге по городу мотается… Бедолага…

– Так чего ждешь?

– Да глупый он, молодой совсем еще! Письмо отправил, а обратный адрес написать забыл! Может, на почте и сумеют сказать, откуда именно письмо пришло…

– Может быть, – осторожно согласился колдун, состоящий в сложных отношениях с любыми государственными структурами. – Я вот тоже письмо королеве писал, давно еще… Разное писал, по большей части нехорошее… Тоже молод был… Так что ты думаешь, через неделю примчались. И как нашли только!

– Через неделю? А что, может, и найду! – обрадовался пастух, шустро вскочил и заковылял обратно к почте, махнув на прощание рукой.

– Вот и я говорю – не знаешь, как судьба-злодейка повернется, – закончил разговор колдун и отправился домой, оставляя после себя мокрые следы.

* * *

Ночью мистера Данбартоншира мучили кошмары. Снились ему толпы лохматых и немытых молодых людей, бегающих по-собачьи за летающими по воздуху телегами и надрывно воющих на тусклую луну, застрявшую на небосводе. В туманной дали бродил призрак, махая во все стороны погасшим фонарем, и тоскливо кричал:

– Внучек! Внучек! Где же ты?!

С трудом проснувшись, колдун долго мутными глазами разглядывал набирающий силу рассвет. Покрутив головой, знаток черной магии натянул потрепанные домашние штаны и торопливо проскакал в сарай, где на верстаке пылились разные полезные инструменты. Выпроводив на солнышко сонных зомби, старик прикрыл за собой дверь и начал творить.

* * *

– Ну как, Митрич, нашел внука? – поинтересовался мистер Данбартоншир, опершись о кособокий, но крепкий еще забор.

– Нет пока, – вздохнул бывший пастух, опустив тяжелый колун. – Обещали переслать письмо в город, может, кто и отзовется.

– А, – понятливо протянул колдун и шагнул во двор. – Я просто подумал, что тебе помощник не помешает. Ну пока внук не приедет. Мало ли что, по дому помощь нужна или еще чего…

– Помощник? – обрадовался Митрич, выгибая шею и пытаясь разглядеть второго гостя, спрятавшегося за широким балахоном соседа. – Это хорошо, коль помощник. А кто таков?

– Вот! – Мистер Данбартоншир гордо поставил перед собой результат тяжких трудов. – Правда, нос я пока не до конца доработал. В зарубежных справочниках сказано, что он должен становиться больше или меньше в зависимости от самочувствия. Однако наши переводчики пишут, что нос должен быть длинным и острым. Не знаю, не пойму я этих итальянцев, вечно у них все не как у людей. Я решил, пусть будет короткий, хоть не проткнет кого ненароком!

– Т-т-т-ты это что за чудо-юдо привел?! – Митрич испуганно отшатнулся, зацепился за упавший колун и кувыркнулся в поленницу.

– Почему чудо-юдо? – оскорбился чернокнижник. – Это помощник, трудолюбивый и заботливый.

– Убирай с глаз моих этого чурбана! – раздалось из-под обвалившихся дров. – Бродячих деревяшек мне только дома не хватает!

– Сам ты чурбан! – возмутился мистер Данбартоншир, шагнув вперед и грозя кулаком. – Я для тебя старался, а ты, кочерыжка старая!

– Не обижай деда! – прогудел деревянный человек и от души приложил колдуна по затылку кулаком. – Сам говорил – я ему помощь и опора!

Осторожно высунув голову, Митрич сначала посмотрел на торчащие из поленницы ноги колдуна в старых драных штанах, потом на кривую сучковатую фигуру рядом:

– Вот оно как! Ну-ка, внучек, помоги старику!

Чурбан легко выдернул пастуха из груды поленьев и поставил рядом с собой.

– А что ты еще умеешь? Дрова колоть или воду из колодца носить?

– Не знаю. Но научусь! – пообещал деревянный «внук».

– Та-а-ак! Бери-ка вот эту штуку в руки, вот так. Потом полено ставим вот сюда. Затем делаешь так…

* * *

Сидя на крыльце, мистер Данбартоншир смазывал зеленкой ссадины и шипел:

– Чтобы я еще кому доброе дело сделал! Чтобы я!..

У калитки деликатно покашляли. Колдун злобно покосился на Митрича, предусмотрительно остановившегося за забором на улице.