Александр Александрович Бушков
Дикарка. Чертово городище

– Что, сплошь старичье?

– Ну, не обязательно… Просто наш пансионат предназначен в первую очередь для людей, которые хотят отдохнуть в самом прямом смысле этого слова – без шумного общества, без танцев и прочих увеселений…

– Бог ты мой, – откровенно вздохнула Марина. – Куда меня занесло? Монастырь какой-то… Хоть разворачивайся и назад уезжай.

– Насколько я понимаю, ваш супруг сам выбирал место, где мог бы отдохнуть в полном соответствии со своими привычками.

– Вот то-то и оно, – сказала Марина, озаботившись, чтобы в ее капризном голоске звучали неподдельное раздражение и скука: – В полном соответствии со своими привычками… А я снова, как дура, буду киснуть от тоски…

Тоня едва заметно пожала плечами, всем своим видом показывая, что сочувствует, но не имеет права обсуждать привычки уважаемых господ постояльцев.

– И в барах с ресторанами, я так понимаю, царит сплошная скука? – уныло спросила Марина.

– Да, пожалуй что, скучновато…

– Нет, ну я попала… – вздохнула Марина. – Здесь, я слышала, есть какие-то экскурсии?

– Да, в Чертово Городище. Можно воспользоваться нашим вертолетом, самолетом или заказать речной корабль. Вы никогда не были в Чертовом Городище?

– Ни разу.

– Смею думать, вам будет интересно.

– И это – единственное развлечение?

– Увы…

– Нет, ну я попала… – повторила Марина с горестным вздохом.

– Совсем неподалеку – два озера, на нашей территории. Вы можете купаться, там все прекрасно устроено. А на втором озере – великолепная рыбалка. Многие ради нее приезжают снова и снова…

– Ага, понимаю, я же не полная дура, – сказала Марина. – Рыбу вы туда запускаете, конечно? Иначе откуда ей взяться? Давно бы вычерпали к чертовой матери…

– Ну разумеется, – кивнула Тоня, – рыбу запускают регулярно. Но ловить ее приходится самостоятельно, она же не дрессированная и крючок сама не хватает… Многим нравится.

– Очень мило, – сказала Марина. – Скоро я визжать начну от умиления. Купаться, рыбку ловить привозную, в унылом баре задницу просиживать… Полный набор развлечений для древних старцев. Что ж вы так?

Тоня с понимающим видом пожала плечами:

– Мне очень жаль, но такова уж специфика пансионата. Рассчитано на постояльцев определенного склада… Вам бы следовало попросить вашего супруга выбрать другое место заранее…

– Его попросишь, как же, эгоиста хренова, – сказала Марина сердито. – Чует мое сердце, я тут со скуки сдохну…

– Ну, зачем же так печально, – сказала Тоня с бесстрастным видом. – У нас может быть и весело, в зависимости от ваших желаний и возможностей…

Марина медленно повернула голову и посмотрела на нее так, словно увидела впервые. Задумчиво покивала головой, словно бы что-то для себя прикидывая, потом ухмыльнулась и подошла к собеседнице вплотную. Той волей-неволей пришлось отступить на шаг, а Марина все надвигалась, пока не прижала брюнеточку к стене. Глядя ей в глаза, расстегнула верхнюю пуговицу стильного пиджачка, потом столь же неторопливо справилась с остальными. Тоня замерла с видом дисциплинированного солдата на большом параде.

Марина нагнулась – она была чуточку выше ростом, звонко поцеловала горняшку в губы и принялась расстегивать белую кружевную блузочку с непринужденностью балованного ребенка, привыкшего скупать оптом кондитерские и магазины игрушек. Распахнула, не обнаружив под ней нижнего белья, удовлетворенно хмыкнула, провела указательными пальцами от подбородка к ключицам, стала гладить грудь неторопливо и умело. Тоня задышала чаще, глядя в потолок с тем же бесстрастным выражением лица и легкой улыбочкой на губах. Никаких проблем не предвиделось, вопрос, определенно, в суммах…

– Подружимся? – спросила на ухо Марина, запуская ей левую руку под юбку и перебирая пальцами узкую полоску трусиков на бедре.

Выгнувшись так, чтобы ей было удобнее, Тоня дразнящим шепотом ответила:

– Без проблем… Мне раздеться?

Марина, словно спохватившись, убрала руки и с нескрываемым сожалением мотнула головой:

– Не получится, заинька, скоро припрется владыка и повелитель, так что застегивайся быстренько. Но я тебя непременно буду иметь в виду.

Тоня не без сожаления принялась приводить себя в порядок. Достав кредитку, Марина пальцами одной руки свернула ее вчетверо и сунула в нагрудный карманчик с вышитой эмблемой:

– Вообще-то, по секрету тебе скажу, меня в первую очередь привлекают мальчики. С такими, как ты, понятливыми созданиями, я тоже люблю порой пошалить, но сейчас хотелось бы для начала сесть на хорошую торчалку… Можно это тут устроить, если придет такая блажь?

– Без проблем. Тайну гарантирую…

– Вот и молодец, я сразу поняла, что в тебе не ошиблась, – сказала Марина, потрепав ее по щеке. – И побыстрее бы, а то зубы сводит… Наголодалась. Иди, лапочка, и постарайся, никого не обижу…

Тоня, улыбнувшись ей со свойским и весьма блудливым видом, легкими движениями привела в порядок растрепавшуюся прическу, поклонилась и вышла. Не без сожаления посмотрев ей вслед, Марина плюхнулась в глубокое мягкое кресло, закинула ногу на ногу и извлекла из сумочки мобильник. Быстренько набрала номер.

– Привет, Наташенька, – сказала она, когда услышала женский голос. – Приехали, ага. Дыра жуткая, ты себе и не представляешь. Меня тут с ходу обрадовали, что кабаки похожи на монастыри, танцев не доищешься… Хренов приют для старперов. Моему, конечно, понравится, тут и гадать нечего. Что? Родная, ну откуда тут перспективные любовники, в этой жуткой дыре…

Она еще долго жаловалась на свою несчастливую долю, потом разговор как-то плавно перетек на обычный женский треп касаемо тряпок, камушков и эротических приключений, а также перспектив на будущее, представлявшихся с такими-то мужьями чрезвычайно унылыми, вовсе безрадостными. Одним словом, самая обычная беседа двух подружек, принадлежавших к одному и тому же социальному слою: двух профурсеток, сумевших-таки окольцевать богатеньких идиотов, но оказавшихся не в самом приятном положении.

Самое смешное, что в разговоре этом не было никакого подтекста, а также кодовых фраз. Разговор всего-навсего работал на образ, подчеркивая и высвечивая кое-какие черты характера и привычки. Так что неведомые слухачи должны были помирать со скуки.

А в том, что слухачи были, сомневаться не приходилось. На экране мобильника высветились сразу четыре значка с соответствующими цифрами. Роскошные апартаменты были прямо-таки нафаршированы микрофонами, причем исправно работавшими. С первых минут пребывания здесь ее начали старательно подслушивать. А это, в свою очередь, означало, что дела идут просто прекрасно, что дезу слопали: ну, в самом деле, вряд ли здесь подслушивают всех поголовно, смысла нет…

Глава третья

Безрадостная участь юной супруги

Она так и сидела в кресле в удобной позе, ухмыляясь во весь рот, когда раздался мягкий стук открывшейся входной двери, и несколькими секундами позже в гостиной объявился законный муж молодой прелестницы, денежный мешок и воротила, по каким-то своим соображениям подрабатывавший еще и на разведку.

Неведомые миру специалисты Фила свое немаленькое жалованье получали не зря: все пожелания учтены, все детали скрупулезно проработаны, вся бутафория соблюдена да и стиль выдержан так, что перед любой скрытой камерой не обидно.

В гостиную вошел седовласый джентльмен, осанистый, представительный, двигавшийся в роскошных декорациях непринужденно и привычно, со спокойной уверенностью привыкшего к роскоши и к комфорту хозяина жизни.

Оставалось надеяться, что и вторая часть ее требований учтена полностью и будет соответствовать сценарию…

Респектабельный муж снял пиджак, аккуратно повесил его в гардероб, распустил узел галстука и ровным, приятным голосом (бархатистость гарантируется) осведомился:

– Как впечатления, Танюша?

– Омерзительные, – ответила она с недовольной гримаской. – Я бы и почище выразилась, Артур, но ты же вульгарностей не любишь, придется твои ушки щадить…

Он поднял брови:

– Что такое?