Александр Александрович Бушков
Дикарка. Чертово городище

– Размечтался, – сказала Марина. – Во-первых, я, как истинная дикарка, предавать попросту не умею, а во-вторых, когда дойдет до дела, я сначала тебе глотку перегрызу.

– У тебя кровь на шортах.

– А… – отмахнулась Марина, бросив взгляд вниз, – пятнышко, и не более того… Представляешь, какие-то идиоты только что хотели меня, юную и беззащитную, поиметь… Прямо на дороге. Никакого воспитания у людей, не говоря уж о морали…

– Трупы? – деловито спросил Моржев.

– Ну, я же не монстр. И день чудесный, солнышко и все такое. Побиты. Скоро оживут… И хрен с ними. Филипп, я ведь, если ты забыл, невероятно любопытное создание. Еду и сгораю от нетерпения. Почему это вдруг мне «внутряки» свидания назначают не в конторе, а в глуши… Что у вас опять такое стряслось, что вас должна спасать хрупкая девочка?

– А почему ты решила, будто что-то стряслось?

– А иначе к чему рандеву в таких декорациях?

– Высшая степень секретности.

– Умолкаю с трепетом… Излагай.

На худом лице Филиппа изобразилось некоторое злорадство, он, усмехаясь (что ему было несвойственно), сказал:

– Вот именно, умолкни… Когда стоишь перед начальством.

– Ни хрена себе, и, я бы даже сказала, ни… Эт-то как понимать, старина?

С тем же нескрываемым злорадством Фил протянул:

– Да ты, видишь ли, до окончания дела откомандирована в полное и окончательное мое распоряжение. По форме «А». Так что не выежывайся особенно…

– А приказ можно глянуть?

– Изволь.

Бегло пробежав взглядом несколько строчек, соответствующим образом заверенную выписку, Марина присвистнула:

– Документ признаков подделки не имеет, реквизиты все до единого аутентичны… Вот это попала девочка! Белая рабыня, а? Мне ложиться или как? Ты, быть может, какую-нибудь экзотическую позу предпочитаешь?

– Не дури. Пошла работа.

– Есть, – сказала Марина уже совершенно другим голосом. – Не буду притворяться, что мне приятно под тобой работать, но что уж тут поделаешь, дисциплина… Здесь будешь излагать, или в машине присядем?

– В машине не вполне удобно. Пошли-ка, – Фил взял ее за локоть и отвел в сторонку, под деревья. – Понимаешь, какое дело… Это все из-за Сибири. У тебя отлично получилось, и в досье осталась пометочка: мол, неплохо себя проявила при поиске пропавшего без вести агента… Дальше объяснять?

– Не надо, – сказала Марина. – Кто-то пропал, да? И начальство, глянув грозным оком, тут же вспомнило, кто у нас с успехом искал пропавших буквально на днях… Тоже мне, головоломка! Что, кто-то из ваших запропал?

– С концами.

– Я его знаю?

– Тема Булавин.

– А, ну да, Вампир… Знакомы немножечко. Мальчик вроде бы толковый и проворный, правильно?

– Вот именно. И если уж его переиграли…

– А может, ничего страшного и не стряслось?

– Увы. Он исчез.

– Где? За границей?

– Нет. Здесь. В районе Чертова Городища.

– Так-так-так, – сказала Марина. – А деталюшечки?

– Есть роскошный пансионат для небедных людей. Называется «Зеленая долина». Настоящий люкс. Все мыслимые удобства, все доступные развлечения, плюс экскурсии в Чертово Городище, воздушные и водные… Так уж получилось, что тамошний губернатор попал на заметку.

– А что он натворил?

– Ничего особенного. И конкретики пока что нет.

– Нет ее, или мне знать не полагается?

– Не полагается, – сказал Фил. – Уж не посетуй. Это не моя придумка, так пожелали большие парни с самого верха. Кое-какие соображения на сей счет у меня есть, они, правда, не оформившиеся по причине скудности информации… Видишь ли, соль в том, что губернатор ведет себя неправильно. Он втихомолочку что-то крутит. Собственная разведка, неофициальная частная армия, пусть и крохотная…

– И что, это феномен? Сплошь и рядом с губернаторами такое случается, начинают корчить из себя провинциальных королей…

– Никакой это, конечно, не феномен. Просто… Во-первых, любые поползновения играть роль провинциального владыки мы должны выявлять во всех подробностях и вдумчиво изучать. Во-вторых, в его окружении замаячили заграничные людишки, откуда-то с запада…

– Ага, – сказала Марина, – ход мыслей понятен: а не шпион ли он, часом, не питает ли сепаратистских замыслов? Вообще-то губерния у него захудалейшая, тут и голову ломать нечего. Земли, примыкающие к Чертову Городищу, главным образом. Народонаселения маловато, в основном сельское хозяйство, ни тебе серьезной промышленности, ни мегаполисов… Мне как-то трудно представить, чтобы губернатор подобного захолустья мог всерьез думать о возможности основать там независимое государство, еще и оттого, что никакой внешний супостат не станет подобные планы поддерживать, поскольку никакой выгоды от этого не получит. Да и общей границы с зарубежьем не имеется, классическая глухая провинция…

– Все логично. Но он что-то крутит. Тема отправился в «Зеленую долину» – и пропал. После всего лишь четырех донесений. А это означает, что там существует организация, к которой следует отнестись всерьез, – способная наладить эффективное контрразведывательное обеспечение данной территории вообще и губернаторских секретов в частности…

– А вы не преувеличиваете? С вашей привычкой всюду искать жуткие и разветвленные заговоры…

– Пошли, – сказал Моржев, направляясь к машине.

Марина пошла следом. Ухватив ручку, Моржев откатил вбок дверь. Внутри, на заднем сиденье, были заняты все три кресла. Присмотревшись к пассажирам, Марина моментально сделала выводы: двое, по сторонам, судя по их спокойному и уверенному виду, являли собою конвойные силы. А вот третий, зажатый между ними, хотя и не отличался ни одеждой, ни ухоженностью, определенно был подконвойным: в том, как он сидел, в лице, в осанке имелась та тоскливая безнадежность, что отличает не кого иного, как изобличенного…

– Вот, познакомься, – сказал Моржев без выражения. – Тварь продажная. Господин Савельев Петр Николаевич, второй департамент нашего веселого заведения.

Помянутый господин смотрел себе под ноги страдальчески и временами непроизвольно вздрагивал, потея так, что рубашка была уже мокрой чуть ли не насквозь.

– Поражаюсь я вам, Фил, – сказала Марина, разглядывая предъявленного ей для обозрения субъекта. – Полное впечатление, что у вас правит бал неприкрытый гуманизм. Продажная тварь, говоришь? А почему же у него все ногти целы, оба уха в наличии и яйца определенно не отрезаны? Вид такой товарный, что тошнота берет… Дай я с ним поработаю? У меня как раз настроение мягкое и лирическое…

Бросив на нее затравленный взгляд, г-н Савельев вздрогнул, и по лбу у него поползла струйка пота.

Фил с рокотом захлопнул дверь, кивнул Марине, уводя ее на прежнее место:

– С ним уже и так поработали. Без всех этих перечисленных тобой пошлостей, в середине двадцать первого века смотрящихся сущим варварством…