Текст книги

Яна Янг
Лестница в небо


– Как полагается, я стоял на страже. Ангел Хамуэль вел Душу, принятую им в момент смерти. Они поднимались по лестнице и проходили мытарства. Все шло обыденно. Пройдя нижние этажи, они наконец достигли меня. Я постучал в двери, и охранник с той стороны открыл засов. Сразу пахнуло жаром Геены и Душа содрогнулась. Стоявший с той стороны Блюститель Кармы, начал перечислять грехи, и Душа поняла, что ей не отвертеться, Слава Богу, что реакция Ангелов и Демонов оказалась быстрее Души, готовящейся удрать. В надвигающемся переполохе мелкие бесы уже придвинулись поближе к выходу, чтоб выскочить на лестницу. Блюстители еле успели схватить Душу и выдернули ее к себе от сюда. Мы с Хамуэлем сразу стали закрывать дверь, но Душа обладала такой огромной силой, что мы вчетвером еле удерживали её. Она и размерами превосходила нас в два раза…Какой сильный человек был… И грешный…Я отправил Хамуэля за поддержкой, с той стороны подлетел ещё один блюститель. Нам бы не миновать катастрофы, вы вовремя подоспели. Ещё раз вас благодарю.

В это время подлетел Хамуэль и Охранник с нижнего этажа. Видя, что все кончено, все стали расходиться по своим местам, и снова на лестнице установилось торжественное спокойствие.

День второй. Движение.

Движение по лестнице начиналось, когда сама Божественная Матерь спускалась на лестницу в окружении сонма Святых и Ангелов, чтобы дать дань уважения Душам, прошедшим с честью все испытания, и освятившим себя уже при плотской жизни подвигами духовных битв и страданий.

Верхняя площадка вдруг вспыхивала точно Солнце и из его сияния выходила сама Пречистая, семь Архангелов и все, кому сегодня надлежало быть. Петр, хранитель Последних Врат, с почтением и благоговением встречал процессию и по окончании её ещё долго стоял в умилении и сорадовании за нового небожителя.

… У подножия лестницы появились две Души. Одна из них быстрыми шагами начала подниматься вверх, но спохватившись, остановилась и оглянулась. Вторая Душа стояла и не могла встать даже на первую ступень Божественной Лестницы. Силуэт правой ноги ее был подобен гнойному куску мяса больного проказой. Не имея возможности двигаться дальше, Душа отрывала гниющие куски и пожирала их, сжигая внутренним огнем во чреве, уменьшаясь в сиянии раз за разом поедания собственной плоти, пока нога не оголилась до кости и не очистилась. Души, одна поддерживая другую, спустя долгое время наконец достигли верхней площадки, и предстали пред Петром.

– А я думаю, кто это без сопровождения ангельского. – Проговорил он вместо приветствия.

Обе Души преобразились и приняли свой подленный облик. То был Архангел фиолетового сияния и Серафим Олесий Тишайший. Серафимы часто воплощались в тела людей, чтобы быть монахами и духовными наставниками человечества Земли Свасты, но последнее время все чаще погибающими на выбранном подвиге.

– Тебе больше нельзя возвращаться на Землю. – Участливо сказал Петр, обращаясь к Серафиму. – Пусть тело останется там, и воскреснет во всеобщем преображении, когда придет время, не ходи, иначе погибнешь.

Олесий горько вздохнул и, отвернувшись, заплакал.

– А я возвращаюсь. Я теперь знаю тактику боя и оружие победы имею. – Твердо сообщил Архангел, обожжённый пламенем битвы.

– Преобразиться не забудь. – Напутствовал Петр, пряча глаза от нестерпимого сияния воина небес.

Не успел он оглянуться, как перед ним уже стояла худенькая чуть с раскосыми глазами девушка неземной красоты.

– Мда. – Крякнул Петр, опять отворачиваясь, но уже по другому поводу. – И кто ещё сообразил из Архангелов принимать женский облик?

– Много, Тара например. Мы принесли обет воплощаться на Земле только в женском обличии.

Архангел подошёл к широким, словно ледяная горка перилам, уселся на приготовленные для быстрого спуска закрепленные салазки, снял устройство с тормоза и устремился вниз, на Землю, оставляя за собой огненный вихрь раскаленного пространства.

Земля.

Аруэль постепенно привык к необходимости отключаться от тела и давать ему отдых. В это время он блуждал в подпространстве, называемом иначе плоскостью, разделявшей Материальный мир и Небесный. Там он встречал Души людей или Животных, или высших растений и других высокоразвитых существ планеты, именуемой Земля. Хотя на самом деле это было нарицательное имя, а как правило планета имела ещё и имя Собственное, но здесь полностью игнорируемое людьми.

Сегодня он видел, как огненный смерч вторгся в планетарные пределы, то было знаком воплощения кого то из Архангелов. Это обычно они так "приземляются", сразу с размаху рубя направо и налево, порой в упоении битвы не замечая ни своих ран, ни количества павших, ни отпущенного времени.

В состоянии отключения от тела были свои плюсы, думалось легко и последовательно, не теряя логических цепочек в обработке данных. Ум человеческого тела давно "почил" и не мешал убитыми подсказками, нарушая всю гармонию мышления. Омерзение от соприкосновением с телом из праха земного постепенно претупилось. И это радовало, говоря о том, что внезапного отторжения плоти больше не предвидится.

Аркадий Кондратич проснулся в худом настроении. Голова болела с похмелья. Он встал и понуро побрел к столу, где на удивление царил порядок, украшенный стаканом водки.

– Выдохнется же, – всплеснул руками Кондратич, хватая стакан.

Ангел вышел из своей комнаты.

– Ты мне не объяснил вчера, что это за вода на стеклах.

Аркадий посмотрел на него, как на придурка, допил водку и ответил.

– Это дождь. Мама говорила, это слезы Земли.

Аруэль задумался. Некоторые "файлы" были утеряны из компьютера мозга наркомана, причем самые основные, и приходилось в срочном порядке обновлять "базу данных".

– Расскажи мне о вас.

– Не понял. – Мужчина слегка напрягся, но водка начала уже действовать, меняя настроение и посылая позывы к философствованию.

– О людях, о вашем мире…

– Ну, брат, – после небольшого раздумья, ответил Аркадий Кондратич. – Мир вовсе не наш. Его нам подсунул Бог, а тут ещё и поскидывали с небес всякую сволочь, будто в помойку. Вот в помойке мы и живём.

– Это ты про Зло?

– А то… Значит, ты что же и впрямь ангел? Или дурку валяешь?

Аруэлю вкрадце пришлось просветить землянина о существовании Ангелов, небес, миров Возмездия, Материи и Света. На все ушло почти целый день. Кондратич слушал со вниманием, иногда соглашаясь, поддакивая, кое- что он уже знал, и теперь знания эти сформировались в дружный строй информационных файлов и занимали полупустое хранилище мозга.

– То то я думаю, чё у нас ладаном воняет. Я ещё в больнице унюхал. Значит не показалось.

– Теперь твоя очередь рассказывать, – попросил Ангел.

– Ты не поймёшь. – Ответил Кандратич. – Тут, понимаешь в чем вся штука. На словах не поймёшь, тут жить надо. Ладно, завтра займусь твоим перевоспитанием, но чур слушаться, без всяких этих фокусов.

– Каких фокусов? – не понял Аруэль.

– Ну типа там не убий, или не дай в морду, подставь другую щеку, и прочей муры.

– У тебя ложное представление о нас. Мы не такие, какими вы нас изображаете.

– Ну завтра и посмотрим. А теперь, извини. Люди должны спать.

И хозяин квартиры бухнулся досматривать вчерашние сны.

Перевоспитание.

Нежное июльское утро ворвалось в открытую дверь балкона бархатным ветерком. Дождь, прошедший накануне ночью, оставил на асфальте огромные теплые лужи, в которых уже плескались воробьи и голуби. Солнце поднимаясь все выше, становилось все жарче, обещая прекрасный пляжный день и южный загар. Варфоломей, сидел на балконе на полу на самотканой дорожке, сквозь прутья наблюдая за птицами, и беспричинно громко мурлыкал. Ангел стоял с ним рядом и о чем то говорил ему, но Аркадий не вслушивался. Он приготовил завтрак и пригласил всех к столу.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу