Алла Алая
Василиса + говорящая


– А что такое? Приревновал что ли? Боишься, что Ленка тебе не достанется?

– Дура, – в сердцах выплюнул он, сложив руки на груди, и замолчал, видимо пытаясь успокоиться.

Пока он дулся, я насыпала Милке еды и скрылась в ванной.

Одного взгляда в зеркало хватило, что бы понять весь кошмар сложившейся ситуации. Волосы торчат дыбом, по лицу размазана зубная паста, вокруг глаз чёрные круги от туши…

Мда-мс… Красавица! Не удивительно, что он на Ленку запал. Я бы на его месте бежала от меня за тридесять земель. Благо, что Иван-дурак!

Пока я приводила себя в порядок, всё прислушивалась. Вроде, он тут. Во всяком случае, ходил по кухне и звенел чашками. Интересно, зачем?

Из ванной я вылезла уже вполне приличным человеком. Оказалось, что он сделал мне кофе…. Может и не дурак вовсе?

Когда я вошла в кухню, он обернулся и долгим взглядом смотрел мне в глаза.

Первая не выдержала я:

– Что?

– Ничего так, – он смерил меня с ног до головы, – теперь как человек выглядишь…

Я смутилась и присела на табурет.

– Спасибо за кофе…

Он только кивнул и устроился напротив.

– Второй кружки не нашёл, – развёл руками, – оставишь глоточек?

– Посуда в машине, – ткнула я пальцем в свой любимый агрегат, – мытое всё, бери.

Открыв посудомоечную машину, Иван присвистнул:

– Зачем тебе столько посуды? Одна ж живёшь…

– Это риторический вопрос? Можно не отвечать?

Он замолчал, наливая себе кофе, и изредка поглядывая на меня. А я отчего-то вдруг про Ленку вспомнила и про дуру.… И насупилась.… Вообще, кто ему давал право со мной так обращаться? Тоже мне, Царевич выискался!

– У тебя хоть какие-нибудь печенюшки есть? – он полез по моей кухне в поисках съестного.

– Для тебя нету, – огрызнулась я, – и нечего по моей кухне лазить!

Ваня сел за стол и с удивлением уставился на меня:

– Ну, а теперь-то что? Вроде бы успокоились уже?

– Ты меня дурой назвал… – я недовольно вздохнула, – и к Ленке клеился…

Звонкий хохот заставил меня поморщиться и прикрыть одно ухо ладонью.

– А ты меня дураком.… Так что мы квиты! А насчёт продавщицы.… Стоило бы конечно тебя отшлёпать по мягкому месту!

– За что это? – возмутилась я, чуть не подавившись кофе.

– Пора привыкать, что каждое твоё в сердцах сказанное слово сбывается. Ты – говорящая, детка! Так что, следи за собой и поменьше болтай, особенно в плохом настроении.

Пока он говорил, я начала соображать, что натворила. Волосы на голове зашевелились, глаза из орбит полезли:

– Это я что, практически её прокляла что ли?

– Ну, я бы не был столь категоричен. Но проблем с мужиками ей добавила…, – развёл руками Ваня, – Хороший у тебя кофе…

И он улыбнулся очень тепло и по-дружески. Но меня было уже не успокоить.

– А как ей теперь помочь? Можно мои слова обратно взять?

Ваня задумался и покачал головой:

– Не стоит…. Ради такой малости время возвращать не стану. А Ленке будет впредь наука, что бы всем подряд глазки не строила! – и, заметив мой тоскливый взгляд, попытался утешить, – Ну, не расстраивайся ты так! Ты ж не знала…. Санкций никаких не будет…

Я уже поднялась, собираясь на работу, и тут ухо резанули его слова:

– Санкций? Это как?

– Понимаешь, – помялся Ваня, ставя кружку в раковину, – у нас за проступки наказывают…

И он понизил голос до шёпота:

– Они всё видят…

Я совсем запуталась и с обречённостью плюхнулась обратно на табурет:

– Я уже ничего не понимаю! Кто они? Какие санкции? Кто-нибудь мне объяснит, в конце концов!

– Ты на работу опоздаешь, – уклонился он от ответа и пошёл к двери, – зонтик не забудь!

Дверь хлопнула, а я так и осталась сидеть на кухне, глядя ему вслед.

Вот свезло, так свезло! Нежданно-негаданно угодила в какую-то секту ненормальных, обзавелась ядовитым языком, так и ещё под надзор попала… Тоска-а…

Вздохнув, глянула на часы и бегом засобиралась. Время ждать меня не хотело.

Весь день на работе мысли крутились вокруг утренних событий. Надо было у него спросить, будет ли помнить меня тётя Валя или нет…

Хотя, если вдуматься, раз для меня время назад вернулось, может и для них тоже? А тогда не было меня в Саратовской области сегодня … А жаль. Хорошая она, Валентина. Только одинокая…

Стоп! В какой-то момент я начала соображать. Если я – говорящая, может помочь ей, ведь что я пожелаю от всей души, исполнится.… Но пользоваться своей силой мне было отчего-то страшно. Вдруг не то пожелаю…