Новости | Библиотека | Форум | E-mail |
Новости
Новости сайта
Последние новинки библиотеки
Последние отзывы
Совет недели
Архив новостей
Библиотека
Зарубежная фантастика
Русская фантастика
Популярные авторы
Популярные книги
Новинки
Новое:
А. Ефимов «Хрустальное яблоко»
Н. Бульба «Вторжение»
А. Афанасьев «Год колючей проволоки»
А. Доронин «Утро новой эры»
П. Корнев «Пятно»
А. Каменистый «Девятый»
Т. Форш «Космический отпуск»
Новая книга
Фензины
Лоцман (все рецензии)
Фензины (все номера)
Обратная связь
Предупреждение
От авторов
Ссылки
F.A.Q.
Поиск
Расширенный поиск



Книжное обозрение   Лоцман
  Альфред Бестер, Роджер Желязны "Психолавка"

  
Дело о похищенной сингулярности
Два классика приготовили взрывоопасный коктейль

Эту книгу стоит прочитать потому, что она есть. Она представляет ценность как безумный и беспрецедентный литературный проект. В истории неоднократно случалось, что литераторы второго эшелона дописывали незаконченные произведения умерших классиков; пример - повесть Лермонтова "Штосс", дописанная неким Александром Соколовым. Здесь - другое. Один великий мастер фантастики незадолго до смерти завершил роман, который десятью годами ранее не успел закончить другой великий мастер. Это сравнимо с тем, как если бы Лермонтова дописывал, скажем, Тургенев или роман "Арап Петра Великого" был бы закончен, к примеру, Львом Толстым...

Грег Бир в предисловии к рецензируемому роману сравнил его с джазовой импровизацией: Бестер задал тему, Желязны аранжировал ее и исполнил. При этом исполнение вышло настолько ровным, что с полной уверенностью и не определишь, что тут от кого.

Альфред Бестер - особая фигура в американской фантастике. Написал он сравнительно мало и особенно популярным при жизни, пожалуй, не был. В 50--60-е сочинил два романа и несколько сборников рассказов, а потом неожиданно больше чем на десять лет пропал из виду. Вернулся в конце 70-х, создал несколько экспериментальных, ни на что не похожих произведений... Его прежние литературные заслуги к тому времени широкая публика уже забыла, а новые были приняты весьма настороженно. Успеха писатель не дождался; говорят, что последние годы он провел в доме престарелых. При всем при том, вероятно, нет в современной англоязычной фантастике успешно работающего автора, который бы не числил Бестера среди своих духовных учителей, - в подтверждение этого Ассоциация американских писателей-фантастов незадолго до смерти Бестера присвоила ему звание "Великий мастер". Маяковский говорил, что Велимир Хлебников - "поэт для поэтов". Используя эту формулу применительно к Бестеру, можно сказать, что он был фантастом для фантастов.

Бестер творил с фантастикой невообразимое, смело прививая ей поэзию, психологию и даже выкрутасы формалистов и дадаистов. Он дополнял текст рисунками, закручивал фразы спиралью и ломал из них молнии. Казалось, он попал в фантастику случайно, ему было в ней тесно и скучно, но, верный своей "приемной мамаше", он стремился научить ее чему-то новому, доселе ей не свойственному, как если бы подросший утенок учил плавать высидевшую его курицу. Он был одним из первых, кто начал "раскачивать" кондовую американскую НФ, и результатом его усилий стала "новая волна", преобразившая жанр, вдохнувшая в него новую жизнь. Он был одним из первых, а потом пришли Филип Дик, Сэмюэль Дилейни, Харлан Эллисон... Потом пришел и Роджер Желязны, который снискал огромную популярность, соединяя традиции фантастики с мифологическими сюжетами и образами всех времен и народов. Сложение НФ с "Махабхаратой" дало изысканный роман "Князь света", с древнеегипетскими верованиями - изящную поэму в прозе "Создания света, создания тьмы", с кельтским эпосом - сверхпопулярный сериал про Эмбер.

В общем, соавторы стоят друг друга: и тот, и другой были неутомимыми первооткрывателями. Прав Грег Бир, написавший в предисловии: "Без Альфреда Бестера и Роджера Желязны сегодня не были бы возможны ни Уильям Гибсон, ни Нил Стефенсон, ни даже Тэрри Пратчетт и Дуглас Адамс".

Лихая завязка и все фантасмагорические персонажи романа "Психолавка" - это явно наследие Бестера... В центре Рима и вне времени находится Черная Дыра, а в ней - психолавка. Заправляют там пришельцы из других времен Адам и Глория. Он - кот, она - змея. В будущем методом направленных мутаций на основе генофонда животных были созданы новые разумные расы. В эту психолавку попадает корреспондент модного журнала по имени Альф и задерживается на неопределенный срок, тщетно пытаясь написать что-нибудь, во что могли бы поверить его читатели. Задача не из легких, потому что события здесь творятся невероятные: это меняльная лавка, в которую может попасть любой человек из любого времени, пожелавший отдать какое-либо из своих качеств. Он может поменять ясновидение на суперпамять, а уникальный голос - на инфракрасное зрение. Начало романа состоит из крайне остроумных психологических этюдов на тему "Кому чего не хватает для счастья, а у кого есть что-то лишнее". Потом в сюжете происходит неожиданный поворот. Оказывается, Адам не честный меняла, а опасный преступник, укравший у людей будущего сингулярность и скрывающийся от правосудия. Да и Альф не так-то прост: кто он, остается тайной даже для него самого, но уж точно не корреспондент; дело в том, что в лавке уже весит семь тел его двойников, появившихся из разных эпох с одной лишь целью - испортить жизнь Адаму. У последнего своя миссия: он помогает потомку графа Калиостро, тоже алхимику, создать не просто гомункулуса, но настоящего суперчеловека, для которого собираются самые уникальные качества со всех времен и народов...

За развязку этого сюжетного клубка, вероятнее всего, читатель должен быть благодарен Роджеру Желязны. Она под стать завязке - не только лихо закрученная, но и крайне неожиданная, распадающаяся целым каскадом ошеломляющих сюжетных поворотов. К тому же финал по-желязновски насыщен всевозможными мифологическими и культурологическими аллюзиями. Тут и разговоры Альфа со своим отражением в зеркале, и бои между ним и Адамом в безвоздушном пространстве, и перескакивания из одного тела в другое, и, наконец, старый бог, появляющийся не из машины, а из шкафа... Плохо подготовленному читателю, взращенному на линейных сюжетах, этот безумный, терпкий и взрывоопасный коктейль может показаться излишне "навороченным". Зато у истинного любителя НФ от него непременно захватит дух, как у истинных любителей поэзии захватывает дух от словесной вязи Хлебникова, а у истинных любителей музыки - от джазовой импровизации.

Каждое истинное произведение оставляет по прочтении ощущение недосказанности, которое вызывает желание возвращаться к нему снова и снова. Это относится и к "Психолавке". Например, я так и не понял, какую роль в описываемых событиях сыграла похищенная сингулярность и зачем она вообще нужна...

Андрей ЩЕРБАК-ЖУКОВ

 

  Перейти на страницу автора в библиотеке Фензина.

  Перейти на страницу книги в библиотеке Фензина.
Copyrights   ©
Дизайн «Insight-Studio» Дизайн студия ДZайн
Rambler's Top100 © 1999-2016 PHD&OB